Книга Теодор Бун расследует: Обвиняемые, страница 1 – Джон Гришэм

Theodore Boone — 3: The Accused

John Grisham

переводчик О. А. Мышакова, 2014

Обвиняемый Питер Даффи был богатым человеком, и обвиняли его в убийстве. Согласно позиции полицейских и прокурора, мистер Даффи задушил свою прелестную жену в своем красивом доме, находящемся рядом с полем для гольфа, где он играл в тот день. В случае обвинительного приговора Даффи провел бы в тюрьме остаток жизни. В случае оправдания он вышел бы из зала суда свободным человеком. Но дело обернулось так, что присяжные вообще не вынесли вердикта.

Сейчас начинался второй процесс по делу Даффи. Первый четыре месяца назад закончился неожиданно — судья Генри Гэнтри объявил тогда судебное разбирательство неправосудным и отправил всех по домам, включая Пита Даффи, который остался на свободе под залог. Как правило, обвиняемому в убийстве в залоге отказывают, он дожидается суда в тюрьме, но у Даффи имелись деньги и хорошие адвокаты, поэтому он оставался свободным как птица с того дня, как полицейские обнаружили тело его жены. Его видели в городе — он обедал в своих любимых ресторанах, смотрел баскетбольные матчи в Страттен-колледже, посещал церковь (чаще обычного) и, конечно, много играл в гольф. В ожидании первого судебного разбирательства Даффи словно вообще не заботился об исходе дела с перспективой пожизненного заключения, однако теперь, когда начался второй процесс и обвинение готовилось представить нового свидетеля, Пит Даффи, по слухам, не находил себе места от волнения.

Новым свидетелем был Бобби Эскобар, девятнадцатилетний нелегальный иммигрант, работавший на поле для гольфа в день убийства миссис Даффи. Он видел, как Пит Даффи входил в дом примерно в то время, когда женщина была убита, затем быстро вышел и вернулся к игре. На первом процессе Бобби по ряду причин показаний не давал. Узнав о Бобби, судья Гэнтри аннулировал судебное разбирательство, и сейчас, когда Эскобар был готов дать показания, жители Страттенберга, пристально следившие за делом Даффи, ожидали обвинительного приговора. В городе почти невозможно было найти человека, не верившего, что Пит Даффи убил свою жену.

И так же трудно было найти человека, не желавшего присутствовать на заседании. Суд над убийцей в Страттенберге был редкостью — тут вообще нечасто убивали, и в восемь утра, едва открылись двери, зал быстро заполнился. Присяжных отобрали тремя днями раньше. Настал волнующий момент судебного разбирательства.

В восемь сорок учитель Маунт утихомирил свой восьмой класс и начал перекличку. Присутствовали все шестнадцать мальчиков. Своеобразный классный час длился лишь десять минут, после чего ученикам предстояло отправиться на первую пару испанского с мадам Моник.

Маунт торопился.

— Итак, ребята, как вам известно, сегодня первый день второго раунда суда над Питом Даффи. Четыре месяца назад нас пустили на заседание, но мою просьбу посмотреть вторую серию отклонили.

Несколько мальчишек разочарованно загудели. Маунт поднял руки: — Тише. Зато наша уважаемая директор миссис Глэдвелл отпускает Тео на открытие процесса, чтобы потом нам все рассказать. Тео!

Теодор Бун вскочил с места и решительно вышел вперед, как настоящий адвокат (адвокаты были его кумирами). Для пущего сходства он держал желтый линованный блокнот. Остановившись у стола учителя, Тео выдержал паузу и посмотрел на одноклассников, как на жюри присяжных.