Книга Теодор Бун расследует: Обвиняемые, страница 2 – Джон Гришэм

Отец и мать Теодора Буна были юристами, он буквально вырос в адвокатской конторе и просиживал на судебных заседаниях, пока другие восьмиклассники занимались спортом, учились играть на гитаре — словом, делали все то, что делают обычные тринадцатилетние дети. Он бредил юриспруденцией, изучал ее и только о ней и говорил, поэтому одноклассники быстро уступали Тео, когда речь заходила о судах. В знании законов Тео не имел себе равных в восьмых классах.

Тео начал: — Четыре месяца назад первый день первого процесса вы присутствовали в зале суда, поэтому ситуация на поле и игроки вам известны. Судья, адвокат и прокурор те же самые, обвинения те же, мистер Даффи — это по-прежнему мистер Даффи. Сменились только присяжные, и, конечно, остается интрига с новым свидетелем.

— Виновен! — завопил с последней парты Вуди. К нему присоединились другие голоса.

— Та-ак… — протянул Тео. — Шоу рук. Кто считает Пита Даффи виновным?

Четырнадцать из шестнадцати рук мгновенно взвились вверх. Чейз Уиппл, имевший репутацию безумного ученого и гордившийся своим хроническим несогласием с большинством, сидел, демонстративно сложив руки на груди.

Тео, тоже не голосовавший, рассердился: — Ну вы даете! Как можно называть человека виновным до начала суда? Ведь неизвестно, что скажет свидетель и как пойдет процесс! Вы о презумпции невиновности слышали? Обвиняемый считается невиновным, пока его вина не доказана. Питер Даффи войдет сегодня в зал суда как абсолютно невиновный и останется таковым, пока не выскажутся все свидетели и у жюри на руках не будет всех доказательств. Помните о презумпции невиновности!

Маунт, стоя в углу, любовался Тео. Он не уставал восхищаться его выступлениями. Этот самостоятельный мальчишка был прирожденным адвокатом и звездой дискуссионной группы, которую курировал Маунт.

Тео продолжал с наигранным негодованием по поводу правовой безграмотности одноклассников: — Причем доказательства должны быть убедительными и не оставлять сомнений! Ну что с вами такое, парни?

— Виновен! — снова прокричал Вуди, вызвав смешки.

Тео знал, что с Вуди спорить бесполезно.

— Ладно, все ясно. Тогда я побежал?

— Конечно, — кивнул мистер Маунт. Оглушительно загремел звонок, и шестнадцать мальчиков заторопились на урок. Тео стрелой вылетел в коридор и побежал в канцелярию. Школьная секретарша мисс Глория говорила по телефону. К Тео она относилась с симпатией: миссис Бун вела дело о ее первом разводе, а Тео однажды неофициально консультировал Глорию, когда ее брата задержали за вождение в пьяном виде. Секретарша подала Тео желтый бланк разрешения отсутствовать, подписанный миссис Глэдвелл, и мальчик убежал. Часы над столом показывали восемь сорок семь.

На улице, подойдя к велосипеду у флагштока, Тео отстегнул цепочку, обмотал вокруг руля и быстро укатил. Если ехать по улицам, соблюдая правила движения, он окажется перед зданием суда через пятнадцать минут. Но если срезать путь привычным маршрутом, свернуть в знакомые переулки и проехать через задние дворы, избежав минимум двух светофоров, можно уложиться и в десять. Сегодня у Тео не было лишнего времени. Он знал, что зал суда уже переполнен и ему очень повезет, если достанется сидячее место.

Тео пронесся по переулку, дважды чуть оторвавшись от земли, и проскочил через задний двор одного неприятного типа, носившего форму с апломбом штатного блюстителя закона, хотя на деле он был всего лишь охранником, работавшим неполный день. Бака Боланда (или, как называли его за глаза, Бака Балони) Тео иногда видел у здания суда. Проезжая через его двор, Тео услышал громкое и раздраженное: — А ну проваливай отсюда, пацан!