Книга Теодор Бун расследует: Обвиняемые, страница 35 – Джон Гришэм

Столовая постепенно заполнялась — все больше рюкзаков с грохотом укладывалось на стол.

— Что будет делать полиция? — поинтересовалась Эйприл почти шепотом.

— Завершать расследование, — тихо сказал Тео, осмотревшись. — На планшетниках нет отпечатков пальцев — сказали, вор очень умен. Хотели снять отпечатки у меня в шкафчике, но потом заявили, что это потеря времени. Все это мелочи, Эйприл. У копов есть дела поважнее.

— Например, найти Пита Даффи?

— Вот именно, существуют еще и наркотики, и тяжкие преступления. На кражу не станут тратить время. Словом, ерунда.

— Это если тебя не обвинят. Не делай вид, будто не волнуешься насчет сфабрикованного обвинения.

— Волнуюсь, конечно, но я доверяю полиции и суду. Необходимо доверять системе, Эйприл. Я невиновен и знаю это. Полиция найдет настоящих воров, и с меня снимут подозрения.

— Вот так просто?

— Ну да, а что?

Мимо прошла группа семиклассников, и Фил Джейкоби громко сказал: — Эй, парни, берегите рюкзаки, здесь Тео-вор.

Его приятели завыли от смеха. Другие ученики посмотрели на Тео. Кое-кто и вправду придвинул к себе рюкзаки.

— Вот это да, — невесело сказал Тео. — У меня новое прозвище.

— Гады!

Тео закусил губу, стиснул зубы и поднял голову. День обещал быть долгим.

Драка разгорелась через несколько минут, когда Тео закрывал свой шкаф. Задираться начал горлопан по имени Бакстер из класса мадам Моник. Бакстер, восьмиклассник, имевший шкафчик недалеко от шкафчика Тео, проходя мимо, громко спросил: — Как дела, уголовник?

Это вызвало смешки, но отнюдь не такие, на которые рассчитывал Бакстер. Он остановился и, ухмыляясь, нагло уставился на Тео.

Ошибкой Бакстера было открыть рот, когда Вуди рядом запирал свой шкаф. Резко обернувшись, он громко бросил: — Заткнись!

С Вуди никто не связывался. У него было два старших брата, игравших в футбол, обожавших карате и дравшихся при каждом удобном случае. В доме у них вечно царила атмосфера непрекращающейся войны: разбитые окна, раскуроченная мебель, а иногда и переломы костей. Будучи младшим, Вуди вдоволь побывал в роли мальчика для битья и боксерской груши и теперь был только рад хорошей драке с противником схожей весовой категории. Задирой он не был, но не задумываясь отвешивал тумаки тем, кто подворачивался под руку.

Бакстер, поддерживая репутацию трудного подростка, не захотел отступать в присутствии зрителей.

— Не учи меня, что делать, — огрызнулся он. — Если я хочу называть Тео уголовником, значит, так и буду называть.

Вуди двинулся на Бакстера, и с этой секунды драка стала неизбежной. Все в коридоре, захваченные происходящим, сразу поняли, что, подобно героям Дикого Запада, ни один из противников не уступит.

Тео осмотрелся в надежде увидеть Маунта или другого учителя, но взрослых в этот момент рядом не оказалось. Он сказал: — Вуди, это ерунда, правда же, Вуди… Но для Вуди это была не ерунда.

— Возьми свои слова назад, — сказал он Бакстеру Тот ответил: — Когда ты крадешь и тебя арестовывают, для меня ты уголовник.

Он по-прежнему говорил жестко, хотя глаза его испуганно расширились. Впрочем, левый через секунду закрылся и начал заплывать от мощного хука правой.

Бакстер тоже не растерялся и ответил здоровым ударом по корпусу Вуди, прежде чем они вцепились друг в друга и повалились на пол. Драки в школе были редкостью, и хорошей потасовки никогда не пропускали. Толпа собралась почти мгновенно. Далеко в коридоре кто-то в упоении заорал: — Дерутся! Дерутся!