Книга Шёпот, страница 94 – Анастасия Пименова

Людей здесь почти нет, зато есть камеры. Их я уже насчитала четыре, хотя мы даже ещё не свернули.

— Это… — взглядом указываю на камеры.

— Меры предосторожности, — Ник медлит с ответом, словно подбирает нужные слова, но не по тому, что скрывает что-то, а по другой причине.

Когда мы сворачиваем и уже идем по такому же пустынному коридору, где есть только двери, ведущие неизвестно куда, то я решаюсь начать спрашивать:

— Что тогда было, Ник? Что с тобой случилось из-за Тэйта? Это ведь из-за таблеток, да?

— Подожди ещё буквально минуту, Шоу.

Я если и удивляюсь такому его ответу, то вида не подаю.

Коридор ведёт нас дальше, двери вдоль стен выглядят одинаково… гладкие, без ручек, с вертикальными панелями слева. Иногда по ним пробегает световой импульс. Тихо. Только наши шаги да мягкое гудение чего-то в стенах.

Когда мы наконец подходим к одной из дверей, Ник останавливается, проводит чёрной пластиковой карточкой по считывателю.

В моем понятии "пройдемся" имело другой смысл. Я полагала, что мы пройдемся по территории, а не будем снова куда-то заходить.

Комната внутри не такая, как медицинская. Просторная, с округлыми углами и мягким освещением. Напоминает кабинет.

Как только дверь за нами закрывается, то Ник подходит к столу и достает оттуда предмет похожий на мобильный телефон, только полностью прозрачный. Он включает его и всю комнату на несколько секунд озаряет голубой цвет, словно… сканирует.

— Что это?

— Не хочу, чтобы наш разговор слушали.

— Нас могут подслушать?

— Да. В коридорах, в палате, где ты лежала, — это было больше на комнату похоже. — Здесь тоже раньше было, но я избавился, вернее, сделал так, что никто ничего не заподозрит.

— Не заподозрит, Ник? Что не заподозрит?

— Что я сделал это специально.

Мы остаемся с ним стоять, и я осматриваюсь, не совсем понимая, что он имеет в виду. Да, я тоже не люблю вторжение в частную жизнь, но… я думала, что его это обойдет стороной. Тут в городе ведь безопасно. От кого и что нужно скрывать?

— В тот вечер действительно подействовали таблетки, — начинает говорить Ник и отходит к окну, несколько секунд смотрит на город внизу, а дальше оборачивается. — Из-за редкой группы крови и множества других факторов они запустили сложный процесс в моем организме, поэтому я оказался на грани.

— На грани…

— Да. Даже умер на несколько секунд.

— Что? — мои глаза расширяются, и я делаю два шага вперед, после останавливаюсь и успокаиваю себя тем, что уже всё позади. Он жив.

— Уже всё хорошо, Шоу, — голос спокойный, но в его глазах всё ещё дрожит что-то тяжёлое. — Меня сразу доставили в больницу, что принадлежала отцу. Меня спасли, правда, остановка сердца не прошла бесследно. Я две недели пробыл в коме, а когда очнулся, то уже был здесь… И узнал, что случилось с миром. Что вирус захватил организм людей и стал их превращать в нечто, что произошел настоящий апокалипсис. А после я узнал, что города пали, что люди боролись за жизнь. Узнал, что тебя… твое местоположение неизвестно. Твое и мистера Брайса. Отец был рядом всё это время. Он рассказал мне, что через пару дней, как всё началось отправил за вами группу людей, в дом, чтобы они забрали вас в безопасное место, однако вас уже там не оказалось. Норт-Лэнд эвакуировали. — Я вспоминаю те события и думаю о том, что мы, должно быть, разминулись. — Позже отец разослал на тебя ориентировку, всем военным, у которых на тот момент была связь. Но тебя так никто и не нашел.