Книга Пыль в доме, страница 41 – Харитон Мамбурин

Общество пока волновал ровно тот же вопрос, ради которого их собрала Бев.

Деньги.

— Мы что, в самом деле не можем найти баксы под эти железяки? — Донован, управляющий молокозаводом, чуть повысил голос так, чтобы услышал весь этаж, — Хейзелвуд не может взять кредит в банке, который от него в десятке метров?

— На бюджете и так три кредита, — нехотя откликнулся Эрик, вертящий в руках зажигалку, — Нас здорово подвели фильтры три года назад. И старина «Эмпайр».

С кинотеатром в свое время сложилось все плохо. Пожар не так уж сильно повредил здание, но вот несколько провальных решений по реконструкции, паршивый поставщик и кинувшая город бригада обошлись бюджету в сумму, от которой тот чуть не надорвался. В результате сейчас у Хейзелвуда наблюдался болезненный паритет: бюджет выбран в ноль, кредиты выплачиваются, жизнь течет, но дергаться нельзя. Конечно, в случае чего, город может показать огромный запас прочности, но явно не тогда, когда разговор заходит о дорогих железках для мэрии, которые нужны, чтобы записать по новой межевания в кадастровые записи. Тут уж народ не двинется.

— Забавный у тебя пацан, Хауген, — наконец, решил сменить тему ван Дорн, — Необычный.

— Натворил чего? — прищурился «ржавый человек», но так, лишь демонстрируя, что сам не верит, что такое может быть.

— Ну как сказать… — издевательски медленно шериф вложил зубочистку себе в рот, катнув её туда-сюда, — Лучше б натворил?

— В смысле, старик? — недобро прищурился инспектор, допив свой виски и наливая еще на два пальца, — Тебе есть, что мне сказать?

— Скорее спросить, инспектор. Ты сам-то не находишь своего парня необычным, а?

Томас ван Дорн играл на нервах у всех, кроме Боулдера. Это была его профессиональная деформация, въевшаяся в сухую кожу и обтянутые жилами кости. Благодаря своему навыку выводить собеседника недомолвками и намеками, старый шериф вскрывал тупенькие проблемы округа, как консервный нож — банку с бобами. Быстро, решительно и ловко. Страх и провокации отлично работали.

Однако, старик никогда не болтал языком попусту.

— Необычным? — Хауген-старший горько усмехнулся, залпом осушая только что налитую стопку, — Слабо сказано. От меня забрали ребенка, а вернулся мужик. Ему восемнадцать лет, Том, он всего два месяца как приехал. За это чертово время пацан один раз погулял с соседской девчонкой, а затем лишь пару раз выбирался с ней потрещать вечерком у забора. Всё остальное время он работал, занимался, читал книги. Вычистил весь дом, чем-то там помог Бреннану, отчего старый лис чуть ли не на полном серьезе мне бросал намеки… ну сам понимаешь, на что. Если в Милуоки так теперь воспитывают детей, то я думаю, что надо их вообще всех туда отправлять!

— Думаю, что нет… — отозвался шериф, сделав пару аккуратных глотков из своего стакана, — Но я слегка о другом, Хауген. Твой пацан меньше недели как пришёл с ферм и уже влез под кожу Бев. Нашей Бев.

— Он явно знал, о чем говорил. Здесь, перед нами, — подумав, выдал Эрик, — Она его пригласила.

— Так-то да, — согласился, ухмыляясь, шериф, потирая свои, одетые в тонкую кожу перчаток, руки, — Только пацан садится рядом с моим псом, чешет его, а Боулдер принимает это за должное. Но да ладно, пёс сам виноват, он сам сделал первый шаг. Пацан предлагает Бев проводить её, и наша стальная девочка соглашается мимоходом, не думая. Предлагает он тоже мимоходом, как нечто малозначительное. Сопляки, на моей памяти, так не умели даже со своими сверстницами.