Книга Пыль в доме, страница 98 – Харитон Мамбурин

— Я с ним разберусь, поверь, сынок, — сумрачно буркнул высокий старик, поправляя свои перчатки, — Но сначала, сегодня вечером, мы сожжём всю макулатуру, которую вы с Джоном набрали. Запалим костерок.

На это оставалось только кивнуть, а затем, попрощавшись с шерифом до вечера, вернуться к работе. Что такое «Америка», по-вашему? Нет, неправильно, она вовсе не «фак е-е», а просто куча бумажек о кадастровых записях. Вот насколько они важны. Оттого мы тут и сидим все на нервах, включая мисс Прентис. Дело-то нешуточное. Бесценные записи о землях, скоро дорогую технику привезут, а у нас тут бешеный бомж с манией на газеты. Непорядок.

— Доработаю, а потом отдыхать, — бурчал я, разглядывая с лупой очередной ветхий листок из архива, — Да, Боулдер? Меня Винс на покраску миниатюр заманивал, надо будет прийти. Заодно сюда его… дозаманю. Он уже почти согласный.

На самом деле хитрый Винс очень тактически мыслит. Благодаря тому, что молокозавод практически его наследство, он может уволиться одним днем, но вовсе не хочет копаться в бумажках вместе со мной… просто так. Он хочет увидеть компьютер. Ну что же, мы и на этом сыграем, дайте только время.

Продолжая сидеть на втором этаже, я работал, периодически поглядывая на лежащую в углу макулатуру, обреченную вечером вспыхнуть веселым огоньком, дабы не достаться маньяку. С ней я тоже подстраховался, насовав между пожелтевших от времени листов сухую мяту и предупредив об этом шерифа. Если даже псих чудом выкрадет эту кучу дряни, то Боулдер (до сих пор не могу поверить, что у этой горы мяса острый нюх) выследит вора.

Я сидел, делая предварительную разметку будущего временного хранилища, как самозабвенно дрыхнувшая собачья туша неожиданно завозилась, смешно взбрыкивая короткими толстыми лапами. Наконец, встав, Боулдер шумно принюхался и озадаченно уставился на меня. Осмотрев здоровенного бульдога, я пожал плечами, возвращаясь к работе с фразой:

— Если кто и испортил воздух, так это ты. Моя совесть чиста.

Собака сделала вид, что не поняла сказанного, устремившись вниз по ступенькам. Я лишь мученически вздохнул, закатывая глаза и ожидая утробного фырканья, с которым бульдог шерифа оповещал окружающих, что настало время дать ему справить нужду. Однако, звук раздался совсем другой — царапанье, затем пара ударов чего-то тупого об пол, а следом что-то откуда-то свалилось.

— Твою мать… — вздохнул я, подхватывая сигнальную рацию и вставая с места.

Чертовой собаке надоело спать, и она пошла крушить всё подряд!

Спустившись, я услышал, как пес с шумом и фырканьем гоняет между книжных шкафов что-то по полу. Хотел было уже пойти вперед, как по ноздрям совсем неожиданно ударил крайне знакомый и вкусный запах, заставивший меня замереть, как вкопанного!

— Это что, кур…? — я хотел спросить пространство, бога, материю и время о том, не курицу ли гриль я случайно учуял, как те поспешили с ответом, погрузив меня в темноту и небытие.

Возвращение в мир живых, да еще и в амплуа героя остросюжетного фильма, произошло самым классическим образом. Я, конечно, не сразу пойму, что меня, связанного и с кляпом во рту куда-то стаскивают на мешковине по ступенькам, но время на это у меня будет. Голова, трещащая от боли, привкус крови во рту, помутненное сознание и тошнота тоже будут в наличии, так что ни о каких активных действиях не придётся даже мечтать.