Книга Ночь в Доме Зверя, страница 33 – Ричард Карл Лаймон

Элисон нащупала их в темноте и взяла.

— Спасибо.

Он сунул руку в рюкзак.

— Наушники? – спросила Элисон.

— Чтобы я выглядел как обычный посетитель.

— Хм-м. Какой ты хитрый.

Слегка зашуршал целлофан.

— Что это? – спросила она.

— Обертка. У меня тут был ланч. Еще у меня есть пустая банка из-под «Пепси».

Пальцами он нащупал спичечный коробок. Он достал его, открыл клапан и вытащил спичку. Он чиркнул спичкой, и вокруг ее головки запрыгали крошечные искры, но спичка не загорелась.

Он попробовал еще раз.

Спичка загорелась.

— Все, процесс пошел, – сказала Элисон.

В сиянии маленького огонька она выглядела золотой. Марк улыбнулся, когда увидел, что она в наушниках.

— Давай я подержу спичку? – предложил Марк. – А ты залезешь внутрь и достанешь свечи.

— Звучит как план. – Она сунула руку в рюкзак и улыбнулась ему. – У тебя же тут нет ничего противного, да?

— Думаю, нет.

Она вытащила руку с розовой свечой.

— Вот одна, – сказала Элисон. Она подняла ее и поднесла фитиль к пламени спички.

Когда фитиль загорелся, Марк потушил спичку. Элисон передала ему свечу.

— Спасибо, – прошептал он.

— Я возьму вторую?

— Конечно. Мы можем использовать их обе.

Она снова сунула руку в рюкзак.

— Что это?

— Что именно?

Она вытащила руку из рюкзака. И показала ему.

— Чьи-то очки. Я нашел их в норе зверя.

— Правда? Можно посмотреть?

— Конечно.

Целлофан слегка похрустывал, пока она разворачивала очки.

Она поднесла их к пламени свечи, которую держал Марк.

Ее глаза широко раскрылись.

Она сказала:

— О боже.

Марку внезапно стало нехорошо. Снова.

— Что такое? – спросил он.

— Это ее.

— Чьи?

— Клаудии.

— Какой Клаудии?

— Ну Клаудия, ты знаешь. Я не помню ее фамилии. Та противная девчонка. Такая толстенькая и невысокая. Она училась с нами недолго в прошлом году.

— А.

— Вспомнил?

— Вроде да. – Он смутно припомнил пухлую девчонку, чьи волосы всегда выглядели грязными. – Она проучилась с нами всего пару недель, да?

— Скорее три месяца.

— Правда?

— Мне ли не знать. Все это время она не отлипала от меня.

— О. Она вроде постоянно ходила за тобой по коридорам.

— Ага. Как собака. Она хотела со мной дружить. Мне не хотелось быть грубой по отношению к ней, знаешь. Она казалась довольно милой. Но милой чересчур, если ты понимаешь, о чем я.

— Раболепство.

— Ага. Точно, раболепство. Боже, она была невыносимой. Она никогда не понимала намеков. Она никогда не знала, где остановиться. Ей нравилось набиваться и тому подобное. Однажды я сказала, что ей стоит поискать себе новых подруг, на что она ответила: «Ты – та подруга, о которой я только могла мечтать». Она была такой ужасной.

— И она пропала? – спросил Марк.

Элисон уставилась на очки. Кивая, она сказала:

— Да. То есть она не то чтобы исчезла. Я никогда не слышала о поисковых отрядах или чем-то таком. Однажды она просто не пришла в школу. Я решила, что она осталась дома, потому что обиделась на меня. Я реально наехала на нее накануне. Сказала ей, что устала от того, что она постоянно торчит у меня перед носом, и что она сводит меня с ума. Я была довольно груба с ней. Но, боже, что мне было делать? В смысле, было такое ощущение, что меня преследует сталкер.

— Это случилось накануне того дня, когда она исчезла? – спросил Марк.

— Ага. И когда она не пришла в школу, я поначалу очень обрадовалась. Но через пару дней почувствовала себя виноватой. В смысле, мне не нравится обижать людей просто так… даже ее. Поэтому в конце концов я пошла туда, где она жила, собираясь извиниться. Я уже была у нее однажды. В том ужасном трейлере в лесу… знаешь, где старый автобус капитана Фрэнка?