Книга Пламя греха, страница 17 – Лаура Пеллегрини

Пристально смотрю на него, не зная, что ответить. Я в курсе, как всё работает, но пройти через это самой — совсем другое дело. Решаю не продолжать разговор, беру с подлокотника одеяло, накрываюсь им как можно лучше и опускаю спинку сиденья, устраиваясь к Вито спиной.

Глаза я не закрываю.

Вскоре мы приземляемся и выходим из самолёта. Я всё больше впадаю в оцепенение, Вито всё больше и больше контролирует ситуацию. Наблюдаю, как он сидит на сиденье машины, которая нас забрала, и не знаю, что, чёрт возьми, думать. Я не смотрю на улицу, не улыбаюсь запахам земли, которую всегда любила, ни тёплому свету, что её окутывает. Я смотрю на его руки, лежащие на бёдрах, на адамово яблоко, которое время от времени двигается вверх-вниз, на его грудь, которая поднимается и опускается при каждом вздохе, на две маленькие морщинки у края правого глаза, единственного, который могу сейчас видеть. И задаюсь вопросом, была ли я слишком строга к нему или, наоборот, была слишком податлива в сложившихся обстоятельствах, но не могу дать себе ответ.

Смущена. Я никогда в жизни не была так растеряна, как с тех пор, как приехала сюда. И я ненавижу себя за это.

— Смотри, — говорит через некоторое время Вито, указывая за окно. Я вытягиваю шею, но не вижу ничего, кроме оливковых деревьев, грунтовых дорог, низких стен, но потом, после ряда деревьев, среди пустыни во всём своём великолепии появляется вилла «Бригида». — Знаешь, дерево с качелями до сих пор на месте, — продолжает он. — Дон Розарио не снимал их, ожидая, что там будут играть внуки.

Я смотрю на крыши виллы, на огромный сад, что окружает её, и уже собираюсь что-нибудь сказать, как новый ряд деревьев закрывает мне обзор, а слова замирают в горле кристаллизуясь. И потом, что я должна была сказать? Помнишь, как мы веселились на тех качелях? Хорошо, что ты этого не сказала, Лу.

— Помнишь, как мы тайно пробирались в кабинет Дона Розарио, а Дамиано притворялся боссом? — Ладонь Вито ложится на мою руку, заставляя вздрогнуть.

— Д-да, — заикаюсь я, пытаясь сосредоточиться на чём-то другом, кроме его прикосновений.

— Ты смеялась как сумасшедшая, пока он пытался подражать голосу своего отца.

— Это не путешествие по воспоминаниям, а просто способ на время меня спрятать. Прекрати, пожалуйста, — вяло отвечаю я. Убираю руку и начинаю дышать.

«Не трогай меня, бл*дь!»

— То, что ты говоришь, невозможно, Лулу. Всё здесь напоминает о том, чем мы трое были раньше.

— Далеко ещё? — нетерпеливо спрашиваю я.

— Нет.

— Хорошо. Ты не можешь помолчать, пока мы не доберёмся до места?

— Если так предпочитаешь...

— Да, я предпочитаю не думать о том, куда ты меня насильно везёшь.

— Я не похищал тебя.

— Ах, только этого не хватало!

— Ты бы предпочла? — спрашивает он, и я быстро поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, в то время как странное беспокойство расползается по моему животу.

— Нет.

Он снова улыбается мне.

— Ты не должна бояться меня, Лулу, я никогда тебя не обижу, — говорит он, а мне на мгновение хочется открыть дверь и выброситься из машины, будь у меня уверенность, что сразу смогу вернуться домой. — Мы приехали.

И он выходит, а я задерживаю дыхание, оставаясь приклеенной к сиденью.

Машина остановилась на гравии ухоженного сада. Вито обходит машину, открывает дверь, и я тут же вижу, как его рука снова протягивается, чтобы помочь мне спуститься. Воздух обдаёт меня множеством запахов, на мгновение даже начинает кружиться голова. Я закрываю глаза, прошлое и настоящее объединяются в трёхголовое существо, готовое меня растерзать.