Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 171 – Полина Раевская

— Не, нахер, — открещиваюсь.

— Ну, тогда держись, братух, — суммирует Илюха неутешительно. — Подложили, конечно, твои родственники свинью с этой хатой.

О, да, причем хорошую такую, откормленную. С другой стороны — никто не обязан мне покупать квартиру, так что какие могут быть претензии? Самому надо крутиться-вертеться, не маленький уже.

Попрощавшись с Кокоревым, лезу в банковское приложение, прикидываю ближайшие траты. Ремонт тачки, хостел, еда, проезд, Заю покомфортить, резинки те же купить, что с нашими аппетитами встает в копеечку и еще куча всякой неочевидной херни, а на счету слезы.

Короче, вкалывать мне этот месяц, как проклятому и не только в зале. Возможно, какую-то подработку брать типа грузчика, там обычно сразу платят. Работы я в принципе не боюсь и не стремаюсь. Когда по малолетке ушел из дома, довелось побыть и курьером, и в автосервисе у пацанов почалиться, и замерщиком окон побыть и прочей однодневкой попромышлять, так что не пропаду, просто, как все успеть — вот, в чем запара.

Конечно, можно брату позвонить и занять на аренду какой-нибудь кандейки в ебенях, пока тачку не продам и не утрясу бюджет, но мой брателло — та еще мамина корзиночка: не может, чтобы матери все не донести, а та, само собой, отцу расскажет, и начнется головомойка. Удивительно, конечно, что Анж еще ничего не растрезвонила, но спасибо ей. Сейчас только разборок с родаками не хватает для полной жопы.

Встрял я, конечно, лихо, однако, парадокс в том, что, несмотря на все проблемы, как никогда сейчас счастлив. Меня практически не парит, что привычная жизнь идет по одному месту, что я вынужден суетиться на пределе своих возможностей и, вероятно, в очередной раз разругаться с родителями в пух и прах, главное — у меня есть Зая. Какие бы заблуждения и стереотипы не довлели надо мной в самом начале наших отношений, сейчас я отчетливо понимаю, она и мои чувства к ней стоят любого пиздеца, стоят всего.

Я никогда еще не чувствовал себя таким живым и уверенным в своих силах, даже во времена успеха в баскете, а рядом с ней вместо крови какая-то бешеная энергия по венам шарашит и кажется, что весь мир по плечу со всеми его проблемами.

На таких мощных вибрациях мчусь счастливым придурком по запруженным улицам столицы на самокате, собираясь бросить его где-нибудь за углом салона, чтобы не давать Зае поводов для стеба, но день сегодня, похоже, не мой. Аринка, как раз, стоит на углу и курит.

Заметив меня, сначала удивленно поднимает бровь, а потом начинает смеяться.

— Ни слова! — предупреждаю, тормозя рядом. Зая с лукавой усмешкой заверяет жестом, что закрыла ротик на замок, а потом тянет меня за ворот куртки к себе и жадно целует.

По рецепторам бьет запах и вкус сигарет, но я уже даже не морщусь, углубляю поцелуй, прижимая Заю к себе вплотную, и мне сразу становится плевать на все: и на то, что курит, и на самокат, и на деньги, и на весь остальной мир.

Кое-как оторвавшись друг от друга, решаем, куда пойдём ужинать.

— Кстати, я ни разу не ездила на самокате, — признается она, когда я достаю телефон, чтобы вызвать такси.

Поднимаю на нее взгляд, пытаясь понять, это такой рандомный факт или намёк.

— Хочешь попробовать? — уточняю, так и не определившись. Ариша со смущенной улыбкой пожимает плечиком: