Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 174 – Полина Раевская

Он сделал выбор, я обозначила условия, вроде как взрослые люди договорились попробовать быть рядом, не превращая отношения в филиал дурдома из-за былых косяков.

Ага, конечно. Стоило на экране высветиться ее имени, как все мои сомнения мутным осадком поднимаются со дна.

Что, если он продолжает ишачить на два фронта? В конце концов, что ему мешает? Опыт уже имеется, схема отработана. От собственной мысли становится мерзко.

Стараясь не показать, насколько сильно меня дернул этот звонок, выскальзываю из его объятий и поворачиваюсь к нему вполоборота. Доедаю мороженое, будто ничего не происходит, но поглядываю максимально недвусмысленно.

Ну? Что скажешь? — наверняка читается в моем взгляде. Тимур молчит несколько секунд, а потом без лишних расшаркиваний, поясняет:

— Там мои вещи еще не все вывезены.

— Я разве спрашивала? — зачем-то корчу из себя женщину, совершенно не заинтересованную в имени его бывшей на экране. Но, видимо, получается у меня паршиво.

— Ну, тебе ведь не все равно, — замечает мягко, не пытаясь уличить меня в спектакле.

И да, не все равно. Очень, мать его, не все равно, но признавать это вслух я не собираюсь.

— Просто любопытно, почему ты сбросил.

— Подумал, что это неуместно, когда у нас с тобой свидание.

Хмыкаю, отводя взгляд к реке и ставя ему зачет. Разговаривать при мне с бывшей было бы действительно, как минимум, странно. И вроде бы я должна оценить его деликатность, кивнуть и закрыть тему, только вот червячок сомнений уже проснулся и теперь с аппетитом выгрызает остатки здравого смысла.

Сбросить ведь можно не только из уважения ко мне. Можно еще из страха спалиться, поскольку не знаешь, что именно человек на другом конце города выдаст в первую же секунду. Вариантов масса. Спасибо моему богатому воображению и предыдущим подвигам Тимура, толкающим меня на очередной вопрос.

— А вещи почему до сих пор не вывезешь?

— С тачкой пока накладки, а друг не всегда может, — отвечает он без запинки, но взгляд почему-то отводит. Всего на секунду, но сам факт.

— А в чем проблема машину нанять? — невольно включается во мне неврастеничка, которая еще чуть-чуть и начнет анализировать, с какой частотой он моргает, а после, уперев руки в бока, потребует телефон на проверку.

Представив, аж передергивает. Мне не хочется быть такой: ревнивой, дерганой, подозревающей во всем обман. Не хочется становиться женщиной, которая теряет лицо из-за одного имени на экране и превращает обычный разговор в допрос, особенно, когда сама еще утром рассуждала о легкости, честности и отсутствии игр, но Тимур снова уводит глаза, и внутри вместо стыда вспыхивает еще больший пожар. Слишком уж хорошо я помню, как легко он разыгрывал свободного, а потом возвращался к своей Анж. Повторять не тянет.

— Ты точно решил вопрос с ней? — спрашиваю в лоб без показного равнодушия и без попытки спрятать смысл за иронией.

— Решил, — без промедления отвечает Мингаров твердо и уверенно, только мне почему-то все равно мало.

— Но?

— Нет, никаких «но». Просто нет времени. Хотел его провести с тобой.

Слова ложатся куда-то точно под ребра, задевая то мягкое и глупое, что я изо всех сил пытаюсь держать под контролем, но не получается. Лезет наружу желчным:

— Или желания.

Тимур тяжело вздыхает, и его дыхание белым облаком растворяется в прохладном воздухе.