Книга Мальчик, не поднимай тёте давление, страница 80 – Полина Раевская

— Перечитай решение суда еще раз, если так и не дошло. Твоего здесь ничего нет! — не видя смысла, тратить время на эту великовозрастную бестолочь, разворачиваюсь и цепляю Тимура за рукав. — Пойдем отсюда.

— Посмотрим, как ты запоешь, когда в суде я буду представлять интересы отца, — несется мне вслед злобное и больно бьющее куда-то под ребра. Я аж спотыкаюсь, но Тимур удерживает, вглядываясь в мое наверняка побледневшее лицо, потому что нет… Ну, нет, папа не мог так поступить со мной и дать этому кретину доверенность. Это блеф, очередной тупой развод. От Валерки и его мамаши их было предостаточно, чтобы верить.

— Теперь-то у тебя, сука, не получится ободрать, как липку больного старика, — садится братец на своего любимого конька, отчего у меня сводит зубы, и гнев накрывает лавиной, хоть и повторяю, как мантру «не ведись, он специально». Но я не могу, меня просто вымораживает эта показная игра в заботливого сына, учитывая, что это они с мамашей дергали отца, пока он лежал в больнице, чтобы вытребовать доверенность представлять в деле его интересы, я же просто защищала свое.

— Ты охренел?! — вызверившись, оборачиваюсь резко, не в силах справиться с эмоциями, ибо, как вспомню все эти нервы и концерты, так изнутри начинает разрывать от злости, потому что достало. — Ты кого сукой называешь, урод?!

Я начинаю надвигаться на этого придурка, но меня тут же останавливает крепкая рука, сжав плечо.

— А кто ты? Самая настоящая сука, воспользовавша …о-оох… — братец скрючивается, хватаясь за живот от короткого, почти небрежного удара в солнышко, а я, ослепленная гневом, едва успеваю отследить, как это происходит.

Вот Тимур был позади, а вот уже я стою за ним, а Валерка, покраснев и раззявив рот, хватает воздух, как выброшенная на берег рыбина.

— Я тебе сказал, за языком следить, — цедит Мингаров, обхватив моего братца за загривок, как обоссавшего палас щенка и, встряхнув, пригибает еще сильнее, с вкрадчивой угрозой уточняя. — Ты меня услышал или тебе еще влить для профилактики?

— Э, ты че, охуел? — отмерев, активизируются Валеркины дружки и тут же спешат на помощь. У меня же от их перекошенных рож адреналин подскакивает в крови до состояния дерганья в каждой мышце лица и противной дрожи по всему телу.

В следующую секунду всё происходит будто в замедленной съемке, хотя на самом деле за какие-то доли мгновения. Дружки Валерки бросаются на Тимура. Я вижу, как двое заходят с боков и внутри всё холодеет от осознания: он не выстоит. Да, Мингаров крепкий, высокий, сильный и явно умеет за себя постоять, но он один, а их трое вместе с Валеркой, и они явно не в первой заварушке. У меня сердце ухает куда-то вниз живота, и я уже открываю рот, чтобы закричать, позвать на помощь, но Мингаров реагирует быстрее, чем я успеваю издать хоть звук. И начинается махач уровня Джеки Чана.

Резко развернувшись корпусом, уходя от первого замаха, с коротким и злым выдохом Мингаров впечатывает ногу в живот первому подлетевшему. Тот складывается пополам, как картонный, и оседает на асфальт с хлюпающим звуком. Второй пытается воспользоваться моментом, заходит слева, но Тимур уже перехватил инициативу. Подсечка, и еще один Валеркин дружок летит на землю, встречаясь спиной с жестким покрытием. Мингаров не дает ему опомниться: короткий, хлесткий удар ногой по пояснице, и урод взвизгивает, выгибаясь похлеще гимнасток.