Книга Межгорье, страница 139 – Юлия Устинова

— Какой кровожадный парень, — усмехается Андрей. — Ладно. Вы, как хотите, а я иду есть.

С этим он оставляет нас одних перед ноутбуком. Я тянусь к мышке, закрываю окно браузера и вместе с этим выкидываю из головы все, что знала и помнила о Кирилле. Меня сейчас другое волнует.

— Эй, что притихла? — Клим снова надо мной нависает. — Ты не рада, что этого козла посадят?

Я кусаю изнутри щеку и апатично качаю головой.

— Если честно, мне плевать на него.

— Ладно. Мы сегодня идем? Последняя зимняя вылазка. Скоро снег таять начнет.

— Что-то нет настроения.

Сегодня мы собирались пойти в лес на лыжах, чтобы побыть наедине и переночевать в избе, как делали уже несколько раз, но теперь наши планы не кажутся мне столь заманчивыми.

Заметив мою нервозность, Клим разворачивает меня в кресле, опускается на колени и заправляет за уши мои распущенные волосы.

После пробуждения я все еще чувствую себя вялой, зато Клим так и фонтанирует энергией. Пока я смотрю на него, у меня в груди растекается что-то теплое. В рабочей одежде, которая представляет собой затасканные черные брюки-карго и футболку цвета хаки с длинным рукавом, тщательно выбритый и с новой стрижкой он выглядит очень сексуально.

— Что случилось, Вик?

— Ничего, — я опускаю голову.

Тогда парень бережно берет меня за подбородок, чтобы заглянуть в глаза, где уже дрожат соленые капли.

— Ты плачешь из-за ничего? — он вглядывается в мое лицо.

— Я не плачу, — упрямо качаю головой.

И предательница-слеза катится по моей щеке.

— Из твоих глаз бежит какая-то мокрая хрень, если это не слезы, то я не знаю… — Клим пытается меня рассмешить, но я только сильнее расстраиваюсь. — Скажи мне.

— Просто пока я сама еще не уверена… — я делаю вдох и зажимаю пальцами нос. — У меня… задержка.

— Ты… что?.. — в шоке смотрю на нее.

— Я же говорю — не знаю, — быстро шепчет Вика.

— Давно?

— Четыре дня.

Я провожу ладонью по лбу и медленно поднимаюсь.

Бред какой-то.

Из кухни доносятся голоса отца и его женщины, играет радио, вокруг все такое привычное, кроме того, что мы тут обсуждаем.

Я подхожу к двери и толкаю ее, упираюсь ладонью в полотно и стою так, переваривая услышанное.

— Почему сразу не сказала? — наконец поворачиваюсь к Вике.

Она сидит в той же позе — плечи опущены, руки на коленях, и выглядит так, словно в чем-то провинилась.

— Думала, что вот-вот…

— Да ну нет, — я мотаю головой. — Сто процентов нет.

— В прошлом месяце у нас был незащищенный секс, — напоминает Вика.

Я фыркаю.

— Да брось, это даже сексом назвать нельзя. Мы просто попробовали.

Осенью Вика простыла и ездила в город к врачу — анализы, пила таблетки от цистита и все такое. Я всегда предохранялся, ну и плюс отец каждый год возил меня на обследование в частную клинику. Я был здоров и чист, она тоже… Я слукавил, сказав, что те пару минут без презерватива нельзя назвать сексом. Это было потрясно — чувствовать ее кожа к коже, но я уверен, что не мог заделать ей ребенка. Или… мог?

В голове что-то щелкает, и моя стопроцентная уверенность откатывается к девяноста девяти.

— Можешь погуглить статистику, сколько людей появилось на свет из-за того, что их родители просто попробовали, — возражает Вика.

При слове “родители” меня передергивает. В том смысле, что все это действительно может оказаться правдой.