Книга Межгорье, страница 96 – Юлия Устинова

Я подскакиваю, вспоминая про кекс.

— Не смотри. Это сюрприз. — Я достаю из формы почти остывший кекс и перекладываю его на плоское блюдо. — Есть спички или зажигалка?

— Огниво сгодится?

Продолжая возиться с проигрывателем, Андрей хлопает по своим боковым карманам на бедрах и вытягивает левую руку. С пальца свисает шнурок, на котором болтается предмет, напоминающий автомобильный ключ, и короткая железяка. Плита у нас с автоподжигом, поэтому необходимости в спичках не было. А вот сейчас они очень нужны.

— Нет, огниво не подойдет. — Я перевожу взгляд на Клима и одними губами говорю: — Где спички?

Сидевший все это время молчком Клим поднимается, подходит к навесному шкафу, после чего протягивает мне коробок спичек и дразнит тем, что не выпускает его из пальцев. Нахмурившись, я переворачиваю ладонь и жду, пока он положит в нее спички. Затем тянусь к другому шкафчику, чтобы достать свечки для торта. Беру из упаковки несколько штук и вставляю их в еще теплый кекс.

После неудачи с первой спичкой, зажигаю свечки и медленно, чтобы не погасло пламя, подхожу к Андрею.

— С днем рождения.

— Ого… — Андрей удивленно моргает.

— Я случайно узнала, что у тебя сегодня… Так бы испекла настоящий торт, но времени на что хватило, — пожимаю плечами, придирчиво разглядывая апельсиново-морковный кекс.

— Ну что ты, Вик. Не стоило так стараться… То есть, спасибо, мне приятно, — искренне улыбается Андрей. — Просто неожиданно.

— Загадывай желание, — я поднимаю кекс немного выше.

— Да какие у меня могут быть желания? — усмехается Андрей.

— Давай, не выделывайся. Загадывай, — настаиваю я. — Чего-то же ты хочешь?

Сосредоточив на мне взгляд, Андрей вскоре отвечает:

— Ладно, — и на выдохе разом задувает свечи.

— Поздравляю! — я ставлю кекс на стол и без задней мысли приподнимаюсь на носочки, чтобы по-дружески чмокнуть Андрея в щеку, но он обвивает рукой мою талию. Я прижимаюсь к нему всем телом, пройдясь губами по щетине. Вдыхая знакомый мужской аромат, ловлю себя на мысли, что хочу в ответ обхватить Андрея за шею и поцеловать прямо в губы. И это уже никуда не годится. Подавив глубоким вдохом столь опасный порыв, я отстраняюсь и спрашиваю: — И сколько тебе стукнуло? — мой голос вдруг звучит с предательской хрипотцой.

Кажется, мы обсуждали его возраст, но точная цифра напрочь вылетела из головы.

— Дофига, — Андрей проводит ладонью по моей пояснице. Там она и остается. — Пора носить памперсы и заказывать вставную челюсть.

Я улыбаюсь его словам. Мы оба понимаем, что Андрей даст фору молодым. Мои мозги услужливо подкидывают воспоминания о нашей близости и заставляют сердце быстрее качать кровь, а потом оно срывается с обрыва. Клим прожигает нас недобрым взглядом. Ну как недобрым? Такое ощущение, что еще немного, и в нас полетит нож или стул. Серьезно. У него на лице русским языком написано, что он думает о наших объятиях.

И чтобы избавиться от ощущения приближающейся катастрофы, я отхожу от Андрея.

— Так он работает? — перевожу внимание на проигрыватель.

— Должен. — Андрей подключает колонки, затем бережно вынимает из конверта пластинку. Когда из динамиков начинается литься красивая музыка, Андрей регулирует звук, нажимая разные кнопки. И, удовлетворенно кивнув, протягивает мне руку. — Потанцуешь с именинником?