Книга Между ними. Отчим и его друг, страница 105 – Элис Екс

Ворон вновь зажал ее в поцелуе, а я принялся ласкать грудь. Ее розовые соски по которым я соскучился. Сжал между пальцами, покрутил, слушая как она начала стонать Ворону в рот.

— Громче, котёнок, — выдохнул я, опускаясь медленно ниже, по мягкой линии её живота, туда, где она уже горела, под резинку милых розовых шортиков.

— Мокрая? — прошептал Ворон ей в губы, отстраняясь всего на сантиметр.

— Ещё бы, — я усмехнулся, чувствуя, как податливо откликается её тело.

Варя всхлипнула — глухо, срываясь на вдох. Пальцы цеплялись за плечи Ворона, будто пытались удержаться на поверхности, не утонуть в том, что мы с ней творили. Но она не отстранялась. Наоборот. Её движения стали плавными, почти танцем — ритмичными, дрожащими от желания.

Я наклонился, ловя губами её пульс на шее. Сладкий, дрожащий, живой. Мы слышали её сердце — оно билось в унисон с нашими. Бешено, обречённо.

И в этот миг всё снова стало правильно. Она была с нами. Между нами. Ради этого стоило пройти через ад.

— Ах… — сорвался с её губ дрожащий стон, полный удивления и сладкой боли. Её тело выгнулось, будто не справляясь с нахлынувшей волной. Она сжалась между нами, затрепетала, словно нити внутри неё лопнули от напряжения.

— Я… не могу… — прошептала едва слышно, задыхаясь от ощущений, которые накрыли слишком резко, слишком сильно.

— Давай, котенок, — зарычал Ворон, и впился губами в ее сосок, пока я продолжал выводить круги вокруг ее клитора, продолжая эти сладкие волны, в которых она тонула.

Это было прекрасно. И мы трое знали, что это только начало вечера.

Я не сразу поняла, где нахожусь. Всё было будто во сне — мягкие простыни, приглушённый свет, тепло, разливающееся по коже… и чьи-то губы на моем плече.

Я вздрогнула, но не от страха — от того, как нежно меня коснулись. Повернула голову и увидела — Марк. Его взгляд был тёмным, но в нём не было ярости. Только жажда. И что-то похожее на боль.

— Ты снова с нами, — прошептал он, губами касаясь моего виска.

С другой стороны — Ворон. Его ладонь медленно скользнула по моему бедру, оставляя огонь там, где были его пальцы. Я вдруг осознала — я голая. В их постели. В его постели. И ни капли страха. Только дрожь. Только странное, сладкое чувство принадлежности.

— Я скучал, — шепнул Ворон, пряча лицо в моих волосах. — Больше, чем думал.

Я зажмурилась, чтобы не заплакать. Я вернулась. Я была дома. В их объятиях. Пусть всё ещё сложно, пусть боль никуда не делась, но в эту секунду я чувствовала себя... счастливой.

— Что… Как? — я терялась в догадках. Голос звучал хрипло, как будто я проспала целую вечность.

— Ты уснула в машине, — напомнил Марк, костяшками пальцев нежно проведя по моим губам, будто проверяя, не исчезну ли я, если он на секунду отведёт взгляд.

— Испортила весь вечер, — буркнул Ворон, но в его голосе не было злости. Только тот особенный оттенок, который я научилась узнавать — когда он переживает, но не хочет в этом признаться. Его рука крепко обняла меня под грудью, прижимая ближе, как будто хотел убедиться, что я на месте. Что я их.

Я невольно улыбнулась. Глупо, слабо, но искренне. Я была с ними. Несмотря ни на что.

— Простите, — прошептала я, хотя не была уверена, за что. За то, что уехала? За то, что испугалась? За то, что вернулась?