Книга Свадьба бывшего, страница 15 – Ольга Слободская

*До свадьбы 29 дней*

Свой собственный договор я перечитала в пятницу в шесть утра, сидя на кухне в Мишиной пижаме с пингвинами, которую он перерос и которую я донашивала, потому что выбросить пингвинов рука не поднималась. Миша спал. Чайник со свистком, тот самый, мамин, стоял на плите выключенный, потому что свисток разбудил бы весь подъезд. Я пила холодную воду из-под крана и читала пункт за пунктом, водя пальцем по строчкам, как первоклассница, и с каждым пунктом мне становилось всё яснее, что я дура.

Пункт 7.3: «В случае одностороннего отказа Исполнителя от исполнения настоящего Договора по причинам, не зависящим от Заказчика, Исполнитель обязуется возвратить Заказчику полученную предоплату, а также уплатить неустойку в размере, равном сумме полученной предоплаты».

То есть миллион двести вернуть. И ещё миллион двести сверху. Итого два четыреста.

Этот пункт я сама когда-то попросила юриста вписать. Тогда, три года назад, мне казалось, что это очень солидно и честно: клиенты боятся, что агентство возьмёт деньги и исчезнет, а у меня в договоре чёрным по белому написано, что, если я исчезну, я заплачу вдвое. Я показывала этот пункт на первых встречах, как фокусник показывает пустой цилиндр перед тем, как достать кролика. Смотрите, мне можно доверять. Клиенты кивали. Мне правда можно было доверять. Я ни разу не исчезала.

Я просто никогда не думала, что захочу.

У меня на счёте было сорок одна тысяча триста рублей. На карте ещё двенадцать. Квартира, в которой мы с Мишей жили, была съёмная, двушка в панельке на Бекетова, за двадцать восемь тысяч в месяц. Машины не было, её продали два года назад, когда Миша сломал руку и мне понадобились деньги на хорошего хирурга. Ценного у меня была только мамина брошка с гранатом и Мишин новый велосипед, который ещё стоял в коробке на балконе, потому что я хотела подарить его на выпускной.

Два миллиона четыреста тысяч. Я посчитала, сколько это лет моей прежней зарплаты ассистента в «Жасмине». Получилось почти девять. Потом посчитала, сколько это свадеб среднего бюджета, если брать с каждой мои обычные пятнадцать процентов. Получилось двадцать семь. Я в прошлом году сделала одиннадцать.

Ещё можно было позвонить Нине Аркадьевне и попросить расторгнуть договор по соглашению сторон. Если заказчик согласен, неустойки нет. Вернуть только предоплату, а её можно растянуть, договориться о рассрочке. Это была единственная лазейка, и в восемь утра, отведя Мишу в сад, я позвонила.

Нина Аркадьевна взяла трубку после пятого гудка, голос у неё был бодрый и совсем не больной.

— Катенька! Как прошло? Понравились вам мои молодые?

— Нина Аркадьевна, — сказала я. — Мне нужно с вами поговорить. Я не смогу вести эту свадьбу.

Пауза.

— Как это не сможете?

— По личным причинам. Я знакома с женихом и невестой. Это… неудобно. Для всех. Я верну предоплату, только мне нужно немного времени, и я порекомендую вам другое агентство, очень хорошее, они…

— Нет-нет-нет, — сказала Нина Аркадьевна, и голос у неё стал непривычно твёрдым, будто кто-то стоял рядом и подсказывал. — Катенька, я не могу. Это не мои деньги и не моё решение. Подруга сказала: только вы. Она вас выбрала, она вам доверяет. Я ей вчера сказала, что вы знакомы с молодыми, она сказала, что тем лучше, значит, вы понимаете, что им нужно.