Книга Пожалеешь, что предал, страница 35 – Лу Берри

— Когда ты пропала, я буквально через ад прошёл, — глухо произнёс он. — Я думал, что вы погибли. Обе.

Я молчала.

— Я почти не спал. Стоило закрыть глаза — начинались кошмары. Я видел Аглаю… тебя… — Петя сглотнул. — Я звонил тебе каждый день. Как сумасшедший. Звонил, хотя знал, что ты не ответишь. Оставлял сообщения, которые ты никогда не услышишь. Мне просто нужно было хоть куда-то вылить всё то, что я не успел тебе сказать.

Его голос становился всё тише.

— Я ничего в жизни не хотел так сильно, как отмотать время назад. Вернуться в прошлое хотя бы на несколько часов. На вокзал. В ресторан. Куда угодно, где ещё можно было всё исправить.

Я смотрела на него и вдруг вспомнила, каким Петя был раньше. Не тем человеком с ледяным взглядом, который оставил нас на вокзале. Другим. Мужчиной, которого я когда-то любила. Ради которого была на все готова.

Наверно, именно поэтому на какое-то короткое, совершенно предательское мгновение внутри у меня что-то дрогнуло. Мне представилось, как он раз за разом набирает мой старый номер, прекрасно зная, что никто не ответит. Как не спит. Как просыпается от кошмаров. Как ждёт известий о том, какие останки принадлежат его жене и дочери… Это было страшно. Даже для него. Но почти сразу ко мне пришло другое воспоминание. Аглая на вокзале. Заплаканное лицо моей дочери. И Петя, который уезжает, даже не обернувшись. Нет. Его две недели ада не могли стереть тот ад, через который он заставил пройти нас.

Я хмыкнула.

— Вот оно что.

Петя нахмурился. А я коротко вынесла свой диагноз:

— Тебя просто замучила совесть. Знаешь, я даже удивлена, что она у тебя вообще, оказывается, есть.

— Аля… — начал он было говорить.

— Ты поэтому сюда приехал? — перебила я. — Убедиться, что мы живы, чтобы наконец спокойно спать по ночам? Всё хорошо, Петя. Можешь расслабиться. Никого ты не убил. Можешь спокойно возвращаться к своей драгоценной Анжеле, пока она тебя не хватилась.

Он долго смотрел мне в глаза.

В его взгляде была такая боль, что прежняя я наверняка не выдержала бы.

Шагнула бы к нему.

Обняла.

Начала успокаивать человека, который сделал больно мне самой.

Потому что именно так я жила восемь лет.

Но прежней Али больше не было.

Петя медленно выдохнул.

— Я приехал не за этим.

— А за чем?

— Я приехал, чтобы вас вернуть.

Несколько секунд я просто смотрела на него. А потом усмехнулась.

— Тогда ты припёрся зря, — отрезала резко и бескомпромиссно.

Он покачал головой, глядя мне прямо в глаза.

— Может, и так. Но знаешь… я всё же попробую.

— Попробуешь что? — уточнила я холодно.

— Найти дорогу назад к твоему сердцу.

Я едва не рассмеялась — резко и презрительно.

Дорогу... Как просто у него это звучало! Будто моё сердце — дом, из которого он однажды вышел, натоптав и хлопнув дверью, а теперь ему достаточно лишь отыскать нужную тропинку, постучать и дождаться, пока ему снова откроют. Черта с два!

Петя виновато отвёл глаза в сторону, словно сам осознал, как нелепо и странно прозвучали его слова после всего, что произошло между нами. Его взгляд скользнул по пруду. Замер на цветущих кувшинках. Он улыбнулся — как-то по-новому, тепло и одновременно печально…

— Помню, ты любила кувшинки…

Я тоже посмотрела на воду.

Любила. В последние годы мне совсем не доводилось их встречать. Мне не хватало их вида так же, как людям, выросшим у моря, не хватает его шума и запаха.