Книга Машка Попова. Первый курс, страница 197 – Ирина Ульяненко

В среду утром Машка Попова проснулась с твёрдым намерением стать серьёзным человеком. Не когда-нибудь. Не после окончания университета. А прямо сегодня. Причина была уважительная: открытый семинар по морфологической диагностике, на котором должна присутствовать настоящий врач-патологоанатом Ольга Сергеевна Миронова. Машка вчера три часа повторяла воспаление, выписала названия клеток, перечитала конспекты Беляева и даже приготовила одежду с вечера. Последнее обстоятельство заслуживало отдельной записи в семейной летописи. Она встала. Умылась. Причесалась. Оделась. И вышла на кухню. Ровно в семь часов десять минут. Мама, увидев дочь, застыла с чайником в руке. — Машенька… — Что? — Ты заболела? Машка нахмурилась. — Нет. Мама внимательно посмотрела на часы. Потом на дочь. — Ты встала сама? — Да. — Без будильника? — С будильником. — И уже оделась? — Мам, что происходит?! Из-за стола высунулся Андрей. — Мелкая, покажи язык. Машка медленно повернулась. — Зачем? — Может, у тебя температура. — АНДРЕЙ! Брат задумчиво кивнул. — Нет, орёт как обычно. Значит, здорова. Папа рассмеялся. А Машка торжественно села за стол. — Сегодня, между прочим, у меня важный научный семинар. Андрей заинтересовался. — О чём? — О морфологической диагностике. — Это что? Машка выпрямилась. — Будем изучать изменения тканей при заболеваниях. Брат задумался. Потом посмотрел на тарелку. На ней лежал бутерброд с сыром. Андрей осторожно приподнял его. — А если у булочки внутри дырка, это считается патологией? Машка закрыла глаза. — Нет, Андрей. Это технология хлебопечения. — А если много дырок? — Тогда это может быть сыр. Папа поперхнулся чаем. Мама отвернулась к окну. А Андрей задумчиво произнёс: — Значит, диагноз зависит от контекста. Машка медленно посмотрела на брата. И вдруг улыбнулась. — Между прочим, правильно. Он гордо выпрямился. — Вот! А говоришь, я в медицине ничего не понимаю! Перед выходом Машка проверила рюкзак. Блокнот. Конспект. Ручка с гравировкой. Телефон. Кошелёк. Студенческий. Всё на месте. Она уже взялась за дверную ручку, когда Андрей вдруг окликнул её: — Мелкая! — ЧТО?! — Удачи сегодня. Машка удивлённо обернулась. Брат сидел за столом и улыбался. Совершенно нормально. Без издевательств. Без очередной идеи. — Спасибо, Андрюш. Он кивнул. — Покажи там всем, что Поповы не только котлеты придумывать умеют. Машка рассмеялась. — Постараюсь. И тут Андрей добавил: — Только, если будешь смотреть что-нибудь под микроскопом, убедись, что это не мой бутерброд. Она схватила с полки прихватку. Брат мгновенно спрятался за папу. — ВСЁ! Я ПОШУТИЛ! В университете Машка встретила необычную картину. Возле аудитории гистологии стояла Лера. С учебником. И читала вслух. — Нейтрофилы… макрофаги… лимфоциты… Рядом Кристина держала карточки. — Лера, ещё раз. Какие клетки особенно характерны для многих острых бактериальных воспалительных процессов? Лера задумалась. — Нейтрофилы. — Хорошо. А какие клетки участвуют в удалении погибших клеток и тканевых остатков? — Макрофаги. Кристина довольно кивнула. — Молодец. Машка остановилась. Посмотрела на них. Потом осторожно спросила: — Девочки, вы чего? Лера подняла голову. — ГОТОВИМСЯ! Машка удивилась. — К чему?