Книга Машка Попова. Первый курс, страница 37 – Ирина Ульяненко

Маша: «И?»

Лера: «Там будут настоящие препараты!»

Маша: «Ты думала, нам покажут плюшевых зайчиков?»

Лера: «Я думала, сначала хотя бы картинки!»

Маша: «Закрой глаза и представляй картинки».

Лера: «Ты ужасная подруга!»

Маша: «Зато красивая».

Следом написал Денис.

Денис: «Ты уже едешь?»

Маша: «Да».

Денис: «Надеюсь, сегодня без приключений».

Маша: «Не порть настроение».

Денис: «Громов сегодня будет показывать анатомические препараты».

Маша: «Ура!»

Денис: «Почему я не удивлён?»

Вот ради чего она сюда поступала. Не ради бессонных ночей, экзаменов или Кристины с бровями, похожими на архитектурное сооружение. А ради настоящей медицины.

Возле кафедры анатомии царила атмосфера лёгкой паники. Некоторые первокурсники выглядели бледными. Другие — возбуждёнными. Один парень даже принёс нашатырный спирт.

— Грамотный подход, — одобрила Машка. — Сразу аптечку организовал.

— Это для себя, — признался парень.

— А-а-а. Тогда удачи.

Лера стояла возле окна в идеально выглаженном халате. Волосы спрятаны под шапочку, лицо выражало такую скорбь, будто она пришла не на практику, а на собственные похороны.

— Машка! Я сейчас умру!

— Не сегодня. Сегодня у нас только знакомство.

— С кем?!

— С внутренним миром человека.

— Ты можешь хоть раз нормально ответить?!

— Могу. Но зачем лишать тебя радости?

Подошёл Денис. В белом халате он выглядел подозрительно хорошо: высокий, плечистый, тёмноволосый. И эта улыбка. Зараза. Красивая улыбка.

— Доброе утро, девушки.

— Волков, ты чего такой довольный? — прищурилась Машка.

— Выспался.

— Ненавижу тебя.

— Взаимно.

Он протянул ей бумажный стаканчик:

— Держи.

— Что это?

— Кофе.

— Мне?

— Нет, Геннадию Аркадьевичу. Но он сегодня не пьёт.

Машка улыбнулась:

— Ой, какой заботливый!

— Просто хочу предотвратить новую катастрофу.

— Если будешь меня каждое утро кофе поить, я, возможно, даже перестану тебя ненавидеть.

— Вот это стимул.

Дверь распахнулась. На пороге появился Громов.

— Заходим, будущие светила медицины! Халаты надеть, волосы убрать, телефоны выключить. И предупреждаю: никаких фотографий!

Машка спрятала телефон. В этот раз она твёрдо решила вести себя прилично. Хотя бы первые десять минут.

На столах стояли закрытые контейнеры с учебными анатомическими препаратами.

— Сегодня мы начинаем знакомство с анатомическим материалом, — произнёс профессор. — В нашей профессии необходимо прежде всего уважение к человеку. Даже если перед вами уже не живой пациент. Каждый препарат — не игрушка и не повод для развлечений. Работать только в перчатках и по указанию преподавателя. Если кому-то станет плохо — немедленно сообщите.

Лера подняла руку.

— Можно заранее?

— Что заранее?

— Сообщить, что мне плохо.

По аудитории прокатился смешок.

— Ваша фамилия?

— Соколова.

— Соколова, вы уже что-нибудь увидели?

— Нет.

— Тогда чего боитесь?

Лера задумалась:

— Перспектив.

Машка отвернулась, но плечи у неё затряслись.

— Попова, я всё вижу.

— А я ничего не делаю!

— Пока.

Громов открыл первый контейнер. Внутри находился учебный препарат человеческого сердца.

— Сколько камер имеет сердце человека?

— Четыре, — дружно ответили студенты.

— Прекрасно. Посмотрим подробнее.

Он показывал предсердия, желудочки, крупные сосуды. Машка буквально впитывала каждое слово. Даже забыла про Дениса, Кристину и завтрак. А это уже было серьёзно.