Книга Камень желаний, страница 39 – Ирина Ульяненко

Потом всё прекратилось.

Мирон поднялся.

— Ну? — спросил Лёвка.

Мирон закрыл глаза.

Стоял так несколько секунд.

Потом открыл.

— Ничего.

Агафья опустила голову.

— Слишком глубоко.

— Значит, только соединение, — сказала я.

— Да.

Мы уже собирались уходить, когда Мирон спросил:

— Полина.

— Что?

— Если Камень предложит вернуть отца навсегда, что сделаешь?

Вопрос ударил неожиданно.

— Не знаю.

— Хорошо.

— Что хорошего?

— Ты не врёшь себе.

Агафья посмотрела на меня.

— Именно поэтому у тебя есть шанс.

— Вы оба сегодня решили говорить загадками?

Мирон улыбнулся.

— Нет. Просто человек, уверенный, что заранее знает свой выбор, обычно первым его меняет.

Я вспомнила отца.

Его запах.

Голос.

Руки.

Если Камень сможет вернуть его навсегда…

Чёрный Камень потеплел.

Белый тоже.

— Хватит.

Оба остыли.

На обратном пути мы остановились возле небольшого кафе.

Лёвка потребовал нормальной еды.

— Я два дня живу на бутербродах.

— Ты сам их делаешь.

— Поэтому и надоели.

Мы заказали кофе и что-то горячее.

За соседним столом сидела молодая пара.

Они спорили.

Девушка плакала.

Парень говорил:

— Я просто не готов.

Я случайно услышала её желание:

«Пусть он просто скажет, что любит меня».

Потом его:

«Хочу уйти, но боюсь сделать ей больно».

Раньше я бы подумала:

вот бы Камень помог.

Теперь поняла.

Нет.

Им не нужен Камень.

Им нужен честный разговор.

И боль, возможно, тоже нужна.

Потому что иногда без неё нельзя закончить одну жизнь и начать другую.

Я посмотрела на Лёвку.

Он с удовольствием ел.

— Чего?

— Ничего.

— Опять мысли читаешь?

— Твои не надо. У тебя сейчас одно желание.

— Какое?

— Доесть.

Он задумался.

— Два.

— Второе?

— Десерт.

Я рассмеялась.

И вдруг поняла, что очень хочу дожить до момента, когда всё это закончится.

Не стать великой Хранительницей.

Не получить силу.

Просто вернуться домой.

Позвонить Славику.

Поругаться с Мариной.

Сходить с Лёвкой куда-нибудь копать обычные ржавые вилки.

Жить.

Чёрный Камень стал тёплым.

Белый тоже.

Но на этот раз я не испугалась.

Поздно вечером на Белом Камне появилась новая надпись:

ОДИН ДЕНЬ.

Я положила его рядом с Чёрным.

Не слишком близко.

Они больше не тянулись друг к другу.

Словно тоже ждали.

Завтра Камень откроется.

Завтра я узнаю своё настоящее желание.

И почему-то именно теперь мне стало страшнее всего.

Потому что чужие желания я уже научилась слышать.

А своё, как оказалось, всё ещё не знала.

Утром я проснулась раньше будильника.

Несколько секунд лежала и смотрела в потолок.

Потом вспомнила.

Сегодня.

На тумбочке лежали два Камня.

Чёрный и Белый.

Ночью они не двигались.

Не светились.

Не разговаривали.

Будто ничего особенного не должно было произойти.

Я встала.

Сделала кофе.

Открыла окно.

Утро было удивительно обычным.

Кто-то выгуливал собаку.

Соседка вытряхивала коврик с балкона.

Проехал мусоровоз.

На остановке люди ждали автобус.

Я смотрела на них и думала:

у каждого сейчас есть какое-нибудь желание.

Кто-то хочет успеть на работу.

Кто-то мечтает об отпуске.

Кто-то хочет, чтобы перестала болеть спина.

Кто-то — чтобы позвонил любимый человек.

Раньше я никогда об этом не думала.

Теперь иногда хотелось снова не знать.

Телефон зазвонил.

Марина.

Я смотрела на имя.

Не отвечала.

Звонок закончился.

Через минуту пришло сообщение: