Книга Принц на черном пегасе, страница 50 – Маргарита Блинова

В таких обстоятельствах нет ничего удивительного в том, что лечить себя и других считалось наипервейшим навыком, без которого ну ни-ку-да.

Я прекрасно знала, как действовать и в куда более опасных для жизни случаях. Не раз латала ведьмаков. Сращивала переломы у стражников. Но то сильные, опытные ведьмаки и закаленные в тренировках солдаты! А то обычный прохожий. Но не убивать же его за это?! Это первое.

Второе… Что делать, если он сейчас по примеру пекаря тоже закатит глаза и уплывет в несанкционированный обморок?

— Не переживайте, госпожа колдунья. Я терять сознание не планирую, — заверил Нейтон, словно прочитав мои мысли.

— Все вы так говорите, — буркнула я, воинственно щелкая щипчиками для сахара в воздухе. — Храбритесь. Бодритесь. А потом — хлоп! И уже заваливаетесь на пол.

Господин Рок широко улыбнулся, поднял голову и посмотрел на меня абсолютно четким взглядом человека, который все и всегда контролирует.

— Вытаскивайте, госпожа Вайт. А то шея жутко чешется.

Слышали? У него тут стекло из ран торчит, кровь залила всю рубашку, а ему, видите ли, чешется!

Не мужик, а демоны знает кто.

Я открыла было рот, чтобы бросить ехидное замечание по поводу его выдержки. Мол, знаю я таких. Сейчас ты мне тут лапшу вешаешь, что все просто замечательно. И вообще распоротая шея для тебя — это обычный тихий вторник. А через три секунды я ловлю твою отключившуюся тушу в сантиметре от пола.

Но так и осталась стоять с открытым ртом.

— Что такое, госпожа Вайт? — усмехнулся Нейтон. — Только теперь наконец поняли, как я чертовски хорош и сексуален в этой окровавленной рубашке?

— Глаза, — с неимоверным трудом выговорила я. — У тебя разноцветные глаза, а были карие…

Нейтон тихо ругнулся, моргнул, и цвет радужки вернул себе прежний цвет, а я наконец поняла:

— Ты многоликий.

Так вот в чем дело…

Многоликие были единственной расой, способной без зелий, магии и прочих подручных средств, короче вообще без всяких ограничений, менять свою внешность, размеры тела и, кажется, даже пол. Истинные лица их видели немногие. А если и видели, то не могли со стопроцентной уверенностью сказать, что это оно, а не очередной позаимствованный облик.

И вот почему на господина Рока не действовали все мои зелья, эликсиры и баночки с кремами. Будучи от природы переменчивыми, многоликий крайне легко определял все физические изменения, сделанные хирургическим или магическим образом. Его невозможно было обмануть косметикой и прочими женскими штучками. Он видел чужие тела такими, какими создала их природа, мама с папой и годы не всегда качественной эксплуатации.

Но и это не самое главное.

Многоликие охотно шли работать туда, где их талант могли по достоинству оценить и оплатить, то есть на королевскую службу, в шпионы и разведку. И если один из них объявился в маленьком, всеми забытом Страшилвилле, то что это значит? А это значит, что королевские ищейки не зря едят свой хлеб и пьют дорогое винишко. Это значит, что белую ведьму таки нашли и с минуты на минуту попытаются вернуть в золотую клетку.

Короче, трындец.

Полный трындец!

— Шарлотта, это не то о чем ты подумала, — быстро произнес Нейтон.

Конечно не то. Надо думать не о том, какие многоликие уникальные, а о том, как выбираться из этой передряги.