Книга Танец драконов и ключей. Том 2, страница 9 – Юлия Григорова

Аргентус опустил морду так, что теперь она играла роль моего одеяла, прикрывая сверху, но не давя на меня.

Мне не нравилось, что этот дракон так реагировал на моё присутствие и постоянно крутился рядом. У такого поведения было только одно объяснение, но я не желала принимать его. Если он выбрал меня в качестве пары для своего всадника, это означало… Ровным счётом ничего не означало, ведь я не была обязана соглашаться с ним!

Мне хотелось просто дожить до прибытия отца. Вывести его на чистую воду, узнать всё, что он скрывал, и найти выход из свалившегося на мои плечи дерьма.

Здесь, в этой пещере, мне удалось расслабиться.

Аргентус точно не подпустил бы ко мне Килиана или кого-нибудь другого. В этом я была полностью уверена и наконец-то почувствовала себя в безопасности.

Кэри

Детский плач наполнил общую комнату прислуги, и все служанки, что ещё не успели уйти по делам, радостно набросились на переступившую порог Изабель. На руках у бывшей горничной Контуира неистово шевелил крохотными ручками младенец, завёрнутый в одеяло.

Кто-то ахнул и прижал ладони к груди, кто-то подбежал ближе и заглянул в свёрток. Комната наполнилась взволнованным шёпотом, смехом, торопливыми вопросами и умилёнными вздохами. Все женщины на миг забыли о работе, о приказах и даже о самой крепости.

— Гляньте, какие щёчки… — пролепетала одна.

— Совсем крошка… — подхватила вторая.

— Ох, да дай же сюда, я подержу, — попросила третья и протянула руки.

Изабель устало улыбалась, но её глаза всё равно были наполнены счастьем и любовью, и смотрели они только на младенца, которого она покачивала и машинально прижимала к груди, так и не отдав той, кто попросила подержать.

Я стояла у своей кровати, медленно затягивая шнуровку платья, и наблюдала за всем со стороны. Пальцы то и дело соскальзывали, узел получался кривым, и мне приходилось начинать заново. Вся эта суета вокруг выглядела забавно. Детский плач резал слух, но вместе с тем в нём было что-то странно притягательное, живое, упрямое.

Дверь распахнулась, ударившись о стену, и шум оборвался, будто его срезали ножом. Санти шагнула вглубь комнаты, упёрла руки в бока и уставилась на замерших служанок.

— Так, ну всё, познакомились, и хватит. — Голос женщины был привычно резким и властным. Она окинула собравшихся взглядом, от которого многие невольно выпрямились. — Все по местам. Работы выше крыши, а вы тут столпились, как на ярмарке. Через пару дней вы этого младенца возненавидите за его крики.

Служанки зашевелились, нехотя отступая. Кто-то ещё раз украдкой заглянул в одеяло, кто-то тихо пожелал Изабель сил и поспешил к выходу.

Комната быстро опустела. Детский плач стал громче на фоне внезапной тишины, и я наконец затянула последний узел шнуровки.

Санти подошла ближе, смерила Изабель взглядом, на миг смягчившись, а потом кивнула на ближайшую ко мне кровать.

— Обустраивайся пока. Через пару дней найду тебе подходящее место.

— Спасибо, Санти, — тихо поблагодарила её Изабель.

Пока она шла, продолжая размеренно покачивать младенца, тот постепенно затих и вместо крика стал издавать забавное кряхтение и сопение, от которого даже мне захотелось на него взглянуть.

— А ты чего вылупилась? Детей никогда не видела? Диа Контуир тебя не ждёт? — накинулась Санти уже на меня.