Книга Танец драконов и ключей. Том 1, страница 32 – Юлия Григорова

Из-за близости к одной из свечей длинные рыжие волосы отца окрашивались красным, а слишком молодое для его возраста лицо казалось чересчур идеальным. Папе было сто тридцать лет, но выглядел он не старше тридцати. Связь с драконом давала всем всадникам подобное преимущество.

— Этого «типа», Гвен, зовут Гилберт, — медленно, почти по слогам, произнёс отец. Это имя ударило меня как пощёчина. Отреагировать я не успела. — Тот самый Гилберт, из-за которого погибла твоя мама.

Мир вокруг замер. Звуки приглушились, вместо них в ушах появился звон. Я смотрела на отца, пытаясь понять, правда ли то, что он только что сказал. Прежде папа никогда не говорил со мной о том, что случилось с мамой, хотя я знала, что он видел её смерть.

Почему папа молчал все эти годы?

В груди разлилось ядовитое чувство. Я всегда считала, что знаю историю смерти матери, что это был несчастный случай.

— Что… что ты имеешь в виду? — прошептала я, чувствуя, как дрожат губы.

Голос звучал неуверенно и хрипло. Мне нужно было услышать это ещё раз, чтобы понять, что я не ослышалась.

— Лишь то, что он был там вместе с ней. У твоей мамы не было никаких причин лететь куда-то посреди ночи. Если бы не он, то её точно не было бы там, где она погибла. Надеюсь, ты будешь разумнее и с этого момента станешь держаться от него на расстоянии, — сухо ответил отец. — Я до сих пор не понимаю, почему Конт так легкомысленно относится к его содержанию. Я бы запер его в самой глубокой пещере драконьего лабиринта и выкинул ключ.

Лицо папы не выражало никаких эмоций. Он смотрел на меня совершенно равнодушным взглядом и не шевелил ни одним мускулом.

Услышанные слова не давали полного понимания случившегося, а мне были нужны все ответы. Нахмурившись, я сделала уверенный шаг вперёд, но замерла при виде выставленной в мою сторону ладони.

— Не сегодня. Тебе пора к себе, завтра важный день, и лучше, если ты выспишься. О прошлом поговорим потом, на равных, когда ты получишь звание элестора, — сразу прервал отец любое моё возражение.

— Как скажешь, — тихо пробормотала я себе под нос и развернулась, чтобы уйти.

— И лучше тебе закончить свои отношения или что там у вас с Келегорном, чтобы потом не разбить сердце ни себе, ни ему.

Застыв на полушаге, я резко обернулась и встретилась с равнодушным взглядом.

— Но… — начала было я, однако отец снова прервал меня.

— Или ты уже водила его к Зефир, и он одобрил твой выбор?

Этот вопрос стряхнул с меня спесь и всё зарождавшееся негодование. Здесь отец был прав.

— Нет, не водила.

— Лучше проверить сразу.

— Но Контуир говорил, что дракон может со временем привыкнуть…

— Контуир много чего говорит. Например, он уже год обещает людям вырыть новый колодец ближе к северной стене, а там даже место для него ещё не определили.

— Это другое.

— Характер каждого дракона уникален, Гвен. Ты пока ещё мало времени проводишь со своим, потому не можешь чего-то утверждать на его счёт. Контуир связан с Альбусом сто сорок лет, они знают друг друга как облупленные. И если тот и правда может к чему-то или кому-то привыкнуть, мы не можем смело утверждать того же про Зефир . Ведь драконы…

— Почти как люди, — закончила я знакомую фразу. Всадники часто повторяли её.

— Спокойной ночи, Гвен. Задумайся над моим советом и удачи тебе завтра.