Книга Острые предметы, страница 82 – Юлия Устинова

— Женя? — включив свет, в лицо ее вглядываюсь. — Ты тут… как?

Андрианова сама на себя не похожа. Стоит, трясется. Вся зареванная.

Игнорируя меня, вдоль стенки скользит, прижимая к себе туфли.

— Жень… Подожди, — оборачиваюсь вслед за ней. — Жень? Стой. Стой, я сказал! — опередив ее, дверь собой заслоняю.

— Дай я выйду, — слабым голосом просит, не поднимая глаз.

Я чувствую исходящий от нее запах алкоголя. Пахнет кислым. Девушку шатает, она к стене прислоняется и прячет от меня лицо.

Что-то падает на пол. Поднимаю связку ключей с брелоком в виде сердца.

Ключи оставляю у себя, дверь закрываю и мягко разворачиваю Женю за плечо. Она всхлипывает, скрываясь от меня за завесой волос.

— Так... Жень? Расскажи мне, что случилось? Почему ты плачешь? Почему ты в таком виде? Почему ты у нас?

— Не… почему-у… — с трудом выводя, она мотает головой. — Саша, выпусти меня… Пожалуйста…

— Да что случилось?! — рявкаю, и она вздрагивает.

— Ни-ичего, — заикается. — Все нормально. Все нормально, Саш. Мне надо идти. Ключи… дай. Мне… плохо, — обессиленно откидывается затылком на стену.

Бледная, если не зеленая. Из носа течет. Глаза красные закатывает.

Удерживая ее за плечо, я обращаю внимание на то, что у нее платье порвано сбоку. Часть молнии просто болтается, и видно черный лифчик.

И у меня, блядь, сразу весь пазл в голове складывается.

— Где он? — смотрю на кроссовки Стаса, которые тот не удосужился нормально поставить.

— Спит… Он… Он закрылся на ключ… И… Я не могла выйти, — Женя еле языком шевелит и тяжело поверхностно дышит.

— Он тебя тронул?

— Нет, все нормально. Можно… я пойду. Меня сейчас… — стонет, прикрывая ладонью рот.

— Он тронул тебя?! — требовательно смотрю на нее, крепче схватив за плечо.

Женя роняет голову, хаотично хватаясь за стену и отталкивая меня. Отпускаю.

В ванную помогаю ей зайти и прикрываю за собой дверь снаружи. Дальше слушаю, как ее полощет. И когда характерные звуки стихают и раздается звук слива, захожу к ней.

— Как ты?

— Нормально, — затравленно смотрит на меня.

Сцепив кулаки, выслушиваю очередное вранье.

Вижу ведь, что нихуя не нормально.

Даю Жене возможность спокойно умыться, ключи ее на стиралку кладу и передаю полотенце. На нем остаются следы туши. Ее по-прежнему трясет.

— Жень… — снова обращаю внимание на прореху подмышкой.

И меня прямо под самой черепушкой жалит.

Приближаюсь к ней, руки завожу за спину и грубо собираю пальцами скользкую ткань.

— Не надо! Саш… Саша… Что ты… — Женя хрипит и бьется из последних сил, пытаясь вырваться.

Увидев следы, отпускаю сразу. Отшатываюсь и зажмуриваюсь до черных пятен перед глазами. Но все равно вижу красную мазню на внутренней поверхности женских бедер. Кусочек ебаной мозаики того, что тут творилось, мне словно на сетчатку нанесли.

— Что это? — киваю на ее бедра, схватив себя за переносицу.

Женя вцепляется пальцами в платье мертвой хваткой и мрачно отбивает:

— Ничего.

— Женя, блядь! — я бью кулаком в стену, и она вздрагивает. — Что тут случилось?! Он тебя обидел?! Тронул? Было что?! — наклонившись, прямо в лицо ей ору.

— Да! — отбивает со злостью и отчаянием.

Сердце ухает, обливаясь горячей кровью. Я сглатываю и киваю.

— Силой взял? — хочу добиться правды.

— Наверное… — мямлит девушка, пряча лицо в ладонях. — Я не помню!