Книга Нарушая правила, страница 115 – Юлия Устинова

Думаю, Фрицу и правда несладко живется, и ему бы точно не помешал друг, только я — пас, ребята.

Ведь он всерьез опасается, что я способен на то, чем угрожал ему две минуты назад — испортить его гребаную репутацию. Фриц испугался, как маленькая девочка, того, что я начну болтать о его уровне жизни…

Да мне не то, что дружить, мне даже разговаривать с ним после такого противно.

Ночь показалась мне бесконечной, черной и зловещей. В какой-то момент я уже решила, что рассвет никогда не наступит, но вопреки моим ожиданиям лучи ноябрьского солнца просачиваются сквозь жалюзи.

Я в универе. Анна Андреевна, наш преподаватель, читает лекцию о культуре речи, а я сижу с отсутствующим видом.

Не понимаю, что делаю здесь. Как я вообще тут оказалась? Зачем?

Все в тумане.

Не помню, как собралась, как дошла до остановки, как доехала до универа. Состояние, словно меня на другую планету выбросили, а люди вокруг — инопланетяне. Они о чем-то говорят, записывают в тетради какие-то слова.

Я же будто забыла все слова, разучилась говорить и думать о простых и нормальных вещах.

Я разучилась дышать, потому что Тим исчез.

И это все, что занимает мои мысли и рвет мне душу последние сутки.

Мы не виделись с тех пор, как он проводил меня на пары вчера утром. Телефон Чемезова выключен. Он словно сквозь землю провалился.

И я убеждена, что-то случилось. Я это чувствую… Иначе он бы давно дал о себе знать.

От очередного приступа паники меня отвлекает загоревшийся экран мобильного, который я не выпускаю из рук с прошлого дня. Он нагрелся и, кажется, даже сросся с моей рукой так, что суставы болят. Но я не обращаю внимания на дискомфорт, ведь сейчас мой телефон — сама важная вещь во Вселенной.

Разблокировав дрожащим пальцем экран, я открываю уведомление, где вижу очередное похабное сообщение.

Эти идиотские пранки начались вчера вечером…

Кто-то опубликовал мою фотографию, номер телефона и ссылку на аккаунт в сообществе, где девушки предлагают интимные услуги, и теперь мне названивают и пишут всякие извращенцы. А я не могу выключить телефон, вдруг Тим даст о себе знать. Все, что остается — блокировать разных идиотов в соцсетях и в телефоне.

Но это меня не заботит. Пусть пишут, что хотят, где хотят. Главное сейчас — услышать голос Тима, увидеть его, прижаться к нему и удостовериться, что все с ним хорошо, что его отсутствие — не более, чем чудовищное недоразумение.

Ну куда он мог деться?!

Каким-то чудом отсидев занятие, я хватаю сумку и несусь на третий этаж, где у группы Тима была первая пара, а затем стою посреди коридора и, как полоумная, верчу головой, всматриваясь в лица проходящих мимо людей.

Его здесь нет…

И быть не могло.

Не знаю, на что я надеялась.

Разве стал бы Тим так меня мучить, пропав со всех радаров на двадцать четыре часа, а потом спокойно заявиться на пары?

Заметив в толпе студентов девушку, которую прежде иногда видела в компании Тима и Фрица, торможу ее.

В памяти вдруг всплывает имя. Вика…

— П-п-привет, — обращаюсь к ней, не узнавая собственный голос, такой он упавший и безжизненный. — Ты же Вика, да? С Тимом в одной группе учишься? Его на парах сегодня не было? — засыпаю ее вопросами.

— Нет, не было, — округлив глаза, девушка качает головой.

Я пытаюсь кивнуть, но тело будто окаменело.