Книга Нарушая правила, страница 49 – Юлия Устинова

Я пожимаю плечами.

— Да ты, вроде, не говорила.

— Я, капец, как ее боюсь, — признается она, горько усмехнувшись. — Мы с папой у нее по струнке ходим. Думала, в универ уеду, наконец-то свободная жизнь начнется. Началась…

— Ну куда ты сейчас? Ведь темнеет уже?!

Петрова тяжело вздыхает.

— Погуглю какой-нибудь хостел, а завтра… Не знаю… — и снова на ее глазах наворачиваются огромные круглые слезы.

На меня тоже накатывает отчаяние.

— Ну не реви, Ань! — приобнимаю ее за плечи. — У тебя тут друзья, знакомые есть?

— Нет… — машет головой. — Хотя подожди, — ее глаза загораются. — Я сейчас Владу позвоню, может, он поможет…

Дальше Аня звонит Фрицу.

Вкратце описав проблему, она просит его о помощи.

Я помалкиваю.

Нашла, на кого надеяться.

Однако после разговора с Немцевым Аня больше не ревет.

— Он сказал перезвонит, подумает, как быть, — сообщает девушка.

— Ясно, — глубоко вдыхаю.

У меня колотится сердце, а щеки после разборок со взрослой женщиной пылают, как горячие оладьи.

Я закрываю окно, подхожу к шкафу и достаю свою спортивную сумку, с которой приехала, затем выгребаю с полки вещи и несу их к кровати.

— Дин, что ты делаешь? — Аня озадаченно наблюдает за моими перемещениями по комнате.

— Собираю вещи.

— Но тебя же не выгоняют! Это она просто поорала на тебя для проформы! — удивляется Петрова.

Я швыряю на кровать свою блузку, так и не свернув ее как следует. Руки с психу дрожат.

— Никуда я тебя одну не отпущу. Друзей в беде не бросают, — говорю Ане.

— Динка! Это же я одна во всем виновата. Если бы не эти благовония… — ее плечи снова опускаются.

— Я ничего не чую, — шмыгаю заложенным носом. — Давай, собирай манатки, бомжевать — так вместе.

Аня преображается и вся сияет.

— Арсеньева, ты чудо! — криво улыбается. — Я перезвоню Владу, скажу, что теперь нас двое! — она снова хватает телефон.

— Трое, — говорю я, садясь на корточки перед коробкой с котенком. — Еще Тимошка.

— Ох, точно!

Когда мы выходим из комнаты и спускаемся по лестнице, кажется, что нас провожает вся общага. Одни смотрят с тревогой и явным сочувствие, другие наоборот — хихикают. Валентина Петровна идет следом и разгоняет всех по комнатам. Лена и Света, наши соседки, помогают нам отнести вниз часть сумок и пакетов. Наконец мы выходим на улицу. Фриц загружает наши вещи в багажник, а то, что не влезло, кладет на заднее сиденье рядом со мной. Аня садится вперед.

Все словно в тумане. Очень сложно мыслить рационально после того, как тебя только что облили помоями, обвинив, как минимум, в половине смертных грехов. И кто? Совершенно посторонний человек!

Но если Аня просто полагается на Влада, то я не могу позволить себе быть столь беспечной и доверчивой, поэтому спрашиваю Немцева:

— Куда ты нас везешь?

— А тебе не все равно? — игриво спрашивает он.

— Представь себе, нет, — даю ему понять, что сейчас не в том настроении, чтобы шутки шутить.

— На квартиру одного очень хорошего человека, — уклончиво отвечает парень. — Квартира огромная. И у вас у каждой будет по отдельной комнате.

— Наверное, это дорого? — ахает Аня.

— Ну что ты, сладкая, я все уладил, — самодовольно заявляет Фриц.

Я уже не в первый раз это замечаю в нем — явное превосходство. Словно он оказал большую услугу тем, что снизошел до общения с нами. Сначала я думала, Влад простачок, рубаха-парень, но, присмотревшись, разглядела в нем нечто такое, о чем не решилась признаться Петровой.