Книга Проще, чем кажется, страница 13 – Юлия Устинова

— Да, а еще дрова не рублю и все такое… Надо пробовать что-то новое, — говорит Потапов, но неожиданно меняет тон: — Мань… Ты же понимаешь, что я тебя одну тут не оставлю?

— Понимаю…

Глядя на наши сцепленные пальцы, я киваю, уже отдавая себе отчет, что идея приехать сюда в такой мороз была катастрофически тупой. Еще и Максима из города выдернула. Из-за меня он рубил дрова, топил печь… И сидит сейчас в шмотках и шлепках моего пожилого дяди.

— Чего ты улыбаешься?

— Представила, если бы ты в таком виде в офис заявился, — прыскаю с пьяну.

— Что? Совсем не нравлюсь тебе? — гоняя по моему лицу взгляд, Макс слегка кривит губы.

— Да… Нет… Почему? Нравишься… — пытаюсь исправиться, но получается что-то не то. — То есть… Ну как друг… — добавляю поспешно, чтобы не звучало с подтекстом.

— Мм-м, — неопределенно тянет Макс, выпуская мою кисть. — Ладно… Пойду еще дров подкину.

— Двадцать каналов, а смотреть вообще нечего, — сетует Потапов, переключая на очередной из двадцатки федеральных.

— Да оставь уже хоть что-то, — ворчу на непрекращающееся однообразное мелькание. — Я телек сто лет не смотрела.

— А я сто лет не видел кинескопный телек.

Макс оставляет в покое пульт от тридцатисантиметрового «Шарпа», куда мы долбимся вот уже минут пятнадцать, перебравшись после ужина на диван.

Смотреть и правда нечего — ни Ютуба с VPN, ни самого захудалого онлайн кинотеатра. Еще и реклама банков и Озона бесконечная.

Я покачиваю валенком в сторону тумбочки, где стоит дядина ретро-магнитола.

— Еще кассетник. — обращаю на нее внимание Максима.

— Работает, интересно?

— Попробуй включить.

Осторожно сняв с колен Вусю, я иду чистить зубы.

Мне кажется, после кагора у меня теперь зубы, как у того жуткого демона из первого «Астрала». Еще бы не мешало в туалет сходить, но пока терпится, пожалуй, подожду.

Жить в тех условиях, которые имеются в бабушкином доме непросто. Ведь условий-то и нет никаких. Но, в целом, можно привыкнуть и к дровам, и к печке, и к студеному полу… И мыть посуду в тазике — тоже не страшно. А вот уличный туалет. Зимой. В ужасный мороз. Вот это страшно, люто и действительно требует сверхчеловеческой выдержки.

Пока рот полощу, выглядываю из-за шторки. Потапов все-таки позарился на винтажную электронику.

— «Санио». Мэйд ин Джапан. Оригинал, прикинь? — с благоговением сообщает он, изучая красный двухкассетник. — Так… кто тут у нас, — начинает перебирать стопку аудио. — Газманов сойдет?

— Э-э, — отрицательно мычу, прежде чем пойти и сплюнуть.

— Любэ? — повысив голос, интересуется Макс.

— Нет!

— Игорь Тальков?

— Не знаю такого.

— Юрий Антонов?

— Что-то знакомое.

Я покидаю ванную комнату за шторкой и снова плюхаюсь на диван.

— Боярский еще есть, — Потапов крутит в пальцах очередную кассету.

— Боярского давай! — отбиваю моментально.

— Как ты сразу оживилась, — смеется Максим, перетаскивая магнитолу поближе к розетке.

— Папа Боярского слушал. Я всего его песни знаю.

— Нифига.

— Ну не все, но с одной флешки точно знала назубок. Давай включай.

К нашему удивлению красный японский агрегат заводит музыку без нареканий. Первой играет «Зеленоглазое такси», а после нее — «Ланфрен-ланфра».

— Мань, а что такое «ланфрен-ланфра»? — любопытствует Макс.

— Что-то на французском, наверное… — пожимаю плечами. — Не знаю, погугли.