Книга Любимый человек, страница 61 – Юлия Устинова

— Это мне наказание, — вздыхает Лена.

— Какое наказание? За что? Лен, очнись, он нарочно на тебя наехал, он там не просто так стоял, он ждал, пока ты выйдешь. Он тебя убить хотел, ты что, не понимаешь?!

Лена морщится, потянув плечом. И на ее лице поочередно отображаются недоверие и страх.

— А где дети? — вспоминает Лена.

— С твоим шефом. Это он скорую вызвал, а потом мне позвонил с твоего телефона.

— Ты не мог найти няньку подешевле?

На этот раз улыбка дается мне без особого труда.

— Ты шутишь — это хорошо. — Я тянусь рукой в карман. — Вот, я принес твой телефон. В Интернете такое творится.

— Что творится? — апатично спрашивает Лена, забирая мобильный.

— Владелец регистратора опубликовал видео в одном дорожном паблике, кто-то узнал машину, кто-то — рожу этого козла, — объясняю я. — Теперь там все засаживают его. Даже бывшая жена вылезла в комментах, рассказала, как он ее избивал, еще и фотки с синяками выложила, — я качаю головой. — Жесть, в общем.

Лена выглядит шокированной.

— Я же совсем не знала этого человека, — она смотрит в одну точку прямо перед собой. — А ведь он предложил мне выйти за него, и я едва не согласилась. Только представь, что бы было, если бы я привела в его дом детей, — мрачно произносит она, отворачивая голову.

— Лен, посмотри на меня, — прошу ее, держа за руку. И, дождавшись, когда она снова ко мне повернется, продолжаю: — Что было, то было. Все позади. Он больше ничего тебе не сделает. Мы засадим его. Я костьми лягу, но добьюсь этого, слышишь? Для него же лучше, если он будет сидеть за решеткой. Я же чуть с ума не сошел. Как ты меня напугала. Я же… Пока мне говорили, что тебя сбили, я же даже не дослушал. Это были какие-то бесконечные секунды, когда я думал, что потерял тебя.

Лена проводит ладонью по лицу, вздыхает, а затем кладет руку себе на живот.

Ее ресницы опускаются.

— Я не буду делать аборт.

— Хорошо. Я же тебе говорил…

— Нет, я хочу объяснить, — перебивает Лена, не дослушав меня. — Я собиралась избавиться от него, потому что постоянно думала о том, что это егоребенок. Но теперь… После всего… Он не заслуживает быть его отцом даже в моих мыслях. Это мой ребенок. Он мой. И даже, если ему не суждено появиться на свет, это будет не моим решением. Я не хочу играть в Бога. А еще я думала, что не смогу его полюбить. Но это же невозможно, я смогу, я обязательно буду любить его… Он же мой. Он мой, Дима.

— Не надо мне ничего объяснять…

— Надо, Дим, — она снова меня перебивает. — И я пойму, правда… Ты не обязан. Тебе есть, о ком заботиться. Не хватало еще вешать на тебя чужого ребенка.

— Ты же сама сказала, что он твой. Значит — не чужой.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду.

Ее глаза изучают мое лицо, словно она пытается найти во мне то, что позволило бы ей думать, что я готов отступиться от своих слов.

Мы молча буравим друг друга взглядами.

— Ты совсем в меня не веришь, да? — спрашиваю я.

— Это не так. Я верю. И я люблю тебя, — ее взгляд становится нежным. — И как бы сложно у нас с тобой не было, я всегда тебя любила, — печально говорит Лена. — Просто есть ситуации, которые слишком трудно принять. Когда-то я не смогла смириться с твоей изменой, а теперь…

— Тогда я сам был виноват. Сейчас совсем другая ситуация.

— Дим… — Лена качает головой и проглатывает ком в горле.