Книга Одинокие сердца, страница 45 – Юлия Устинова

— Вроде того.

— Я бы хотел, чтобы каждый мужчина в этом зале знал, что ты со мной, — слова сами срываются с языка.

— А это так? Я с тобой? — недоверчиво произносит девушка.

— Да.

— Интересно, с вами со всеми такое происходит? — с сарказмом говорит Алёна.

— Что происходит?

— То, что ты сейчас делаешь. Пытаешься заявить свои права на женщину, которая тебе не принадлежит. Особенно, когда она проводит время с другим, — в ее голосе сквозит недовольство.

— Без понятия, как у всех, а у меня, да, есть такая тенденция. Как оказалось, — признаюсь я.

— И что это значит? — нетерпеливо спрашивает девушка.

— Для начала я не верну тебя за столик Кира. Думаешь, он переживёт?

Алёна вызывающе приподнимает голову и снова таращит карие глаза.

— А меня не хочешь спросить?

— Конечно. Малыш, проведешь со мной вечер? — дарю ей самую лучшую из своих улыбок. — Пожалуйста. Считай, для меня это жизненно важно.

Алёна сжимает губы, словно сдерживая улыбку.

— Если ты перестанешь называть меня малышом, то я с тобой ещё потанцую. Что до Кирилла, я ничем ему не обязана, — и все-таки сменяет гнев на милость.

— Тогда мне нужен маркер, хочу написать вот здесь свое имя, — дразню ее, щекоча пальцами спину.

— Будь осторожен, Миша, когда разбрасываешься такими словами. Некоторые девушки могут неправильно тебя понять.

— Некоторые девушки меня совсем волнуют. Другое дело — ты, — я умолкаю, всерьез намереваясь откусить себе язык.

"Виу-виу, — в моей голове звучит сигнал бедствия. — Ты готов ответить за свои слова, чувак?"

Без понятия. Но мне так хорошо с ней!

После танца ведущий объявляет о том, что сейчас невеста будет бросать букет, и все незамужние девушки, молодые и не очень, устремляются в радиус поражения.

Однако Алёна с места не двигается.

— Почему ты не идешь к остальным? — интересуюсь я.

— Два года назад я поймала букет на другой свадьбе, — объясняет она. — Эта фигня не работает. Только им не говори.

Мы наблюдаем, как Яна кидает букет. Его ловит тетя Таня, мамина сестра, дважды разведенная, но не теряющая надежды.

Больше я ни на минуту не отпускаю от себя Тимофееву. Мы болтаем, танцуем, пьем шампанское, делаем селфи с молодоженами и даже позируем фотографу в фотозоне.

Знаете, что самое интересное? Мне все это нравится, и я не чувствую себя не в своей тарелке, как раньше, с Ингой.

Наконец торжество подходит к концу. Заказывая такси, одной рукой я держу телефон, а другой обвиваю талию Алёны, предвкушая, что скоро разверну ее, как сладкую тающую конфету.

— К тебе или ко мне? — спрашиваю ее.

Мы с Алёной не договаривались о продолжении вечера, но я и не собираюсь вести с ней переговоры. Сегодня она останется со мной. И пусть я ничего не планировал, всё-таки делаю этот шаг, а дальше будь что будет.

— Я… не знаю, — нерешительно бормочет Алёна.

Меня полностью устраивает такой ответ. Усмехаясь, я забиваю свой адрес в качестве пункта назначения.

Перед тем, как сесть в такси, мы успеваем выпить игристого с братом и его молодой женушкой, а затем расходимся по машинам.

— Добро пожаловать в мой караван-сарай, но больше сарай, чем караван, — уже дома, пропуская Алёну вперед, помогаю ей снять верхнюю одежду. — Прости за бедлам, я не ждал гостей.

Алёна проходит дальше и осматривает мою захламленную туристическим снаряжением и аппаратурой студию.