Книга С любовью, Лондон, страница 38 – Юлия Устинова

— Что?! — прохрипела Гита и тут же закрутила головой, вычисляя, сколько народу могли слышать мои слова.

— Молодец, Кейт, — заявил Лондон, не моргнув и глазом. — Уверен, это то, что нужно. — А у тебя что? — спросил, уставившись на Зиту.

Та даже не пыталась больше изображать гостеприимную хозяйку дома и резким движением вытащила из пакета свою книгу в красивой розовой обложке.

— «Сила киски. Как получать от мужчин все, что пожелаешь», — прочитала она, видимо, на автомате, потому что, услышав смех Лондона, тут же впихнула книгу обратно в пакет и с боевым кличем «Ах ты дрянь!» шагнула ко мне с явным намерением вырвать мои роскошные волосы.

Лондон выступил ей навстречу, прикрывая меня, пока Гита, вцепившись в предплечье сестры тянула ее обратно. Ситуацию спас Курт. Появившись в гостиной, которая едва не стала местом моего убийства, он громко поприветствовал нас, а затем передал мне стакан с пуншем, который, судя по запаху, процентов на пятьдесят состоял из водки. Лондон от выпивки отказался вовсе, сославшись на то, что он за рулём. А сестры, тем временем, уже оправились от шока и унижения. Быстро они, однако! Мне бы их стрессоустойчивость! Гита, повиснув на Курте, что-то шептала ему, обхватив за шею, а Зита обнаглела до того, что заявила Лондону:

— Потанцуешь со мной?

— Извини, Триша, — нащупав мою ладонь, ответил он, — я обещал этот танец Кейт, а следующий она обещала мне. Поэтому вряд ли сегодня получится, — и под звуки ее падающей на пол челюсти, потащил меня к шатающимся под музыку парочкам, бросив Зите напоследок, — ещё раз, с днём рождения.

А потом я просто думать об этих мегерах забыла, стоило только Лондону, перехватив мой стакан, всучить его какому-то парню и прижать меня к себе. Пусть я и понимала, что это было лишь показательное выступление для Зиты, но страсти у меня внутри бушевали нешуточные, учитывая, что единственный раз я танцевала с парнем на последнем звонке в девятом классе. Это был Мишка Петренко. Но он был на голову ниже меня, у него потели ладони, и Мишка не вызывал во мне этого странного трепета, что я испытывала сейчас, находясь в объятиях Лондона. Его руки небрежно, но в то же время уверенно обхватывали мою талию, а мои, став вдруг такими неуклюжими, лежали на плечах парня, позволяя мне ощущать пальцами плотную ткань его джинсовки, из которой он не вылазил неделю, что прошла со дня нашего знакомства. Хотелось верить, что Лондон не сросся с ней и снимал ее хотя бы на ночь… и не только ее. Эй, Чеснокова, ты о чем вообще думаешь?! Слюни подбери и веди себя прилично, не позорь Отечество!

— Позволь, я всё-таки уточню кое-что, — склонившись к моему уху, проговорил Лондон, заставляя сводный ансамбль песни и пляски из мурашек устроить внеплановую репетицию на моем позвоночнике. — Ведь в той книге речь шла совсем не о кошках? Так ведь?

— Очень смешно.

Я старалась звучать как можно непринужденнее и не наступить парню на ногу, впадая в транс от аромата его одеколона, или это были феромоны… или хрен бы знал, что это было, но пах Лондон просто божественно. И я убедилась в мысли, что он всё-таки снимает свою джинсовку, чтобы помыться.

— Я потом возьму у Триши почитать. Мне на самом деле любопытно, что там за сила такая, — продолжил он свой провокационный монолог.