Книга С любовью, Лондон, страница 54 – Юлия Устинова

От обилия постельных (от слова постель) тонов у меня просто рябило в глазах, и я с большой охотой сосредоточила взгляд на внутренностях родного шкафчика.

— Китти, где твоя пижамка? — прозвучал над самым ухом голос, от которого все мои внутренности на радостях совершили тройной тулуп, а талию обвила рука в знакомой джинсовой куртке.

— Она… не смогла ко мне присоединиться, по четвергам у нее фитнес, — ответила, уже по привычке смахивая с себя загребущие руки Лондона, и повернулась, столкнувшись с ним нос к носу. Ну это такое образное выражение. На самом деле, Лондон был на полторы головы выше меня, поэтому и нос его был гораздо дальше.

Одной рукой он упёрся в закрытую дверцу соседнего шкафчика и принялся разглядывать меня, как обычно, без стыда и совести.

— Вот как? Нужно было позвонить тебе, — изображая разочарование, произнес парень, — я же проснулся так рано только ради этого зрелища!

— А где твоя пижама, кстати? — проигнорировав его толстый намёк, спросила я, смерив парня с головы до ног скептическим взглядом: все та же джинсовая пара и растрепанные волосы. Надеюсь, он не спит в этой джинсовке?

— Обижаешь. Это она и есть, — подтвердил Лондон мое предположение.

— Ну да, могла бы и сама догадаться, — потеснив его, ловко захлопнула дверцу и пробурчала на русском, — в чем пляшем, в том и пашем.

— Что ты там ворчишь?

— Ты завтра на бал тоже придёшь в этой своей пижаме?

Ухватив мою ладонь, Лондон переплел наши пальцы и доверительным тоном проговорил:

— Конечно, но если только ты наденешь свою.

— Увы, по пятницам у нее йога и курсы испанского, — сказала я, сканируя взглядом коридор. Не хватало, чтобы мама застукала меня посреди школы в компании парня. Учитывая, что мы оба были без пижам и выглядели сейчас тут, как бельмо на глазу, у меня имелись все шансы быть пойманной с поличным.

— Офигеть, у твоей пижамы жизнь намного насыщеннее, чем у меня! — усмехнулся Лондон.

— Ага, я ей сама завидую.

Поднырнув под руку парня, я направилась по коридору, даже не сомневаясь, что он увяжется за мной так же, как и в предыдущие полторы недели. Было ли мне это приятно? Безусловно. Дала ли я как-то понять это Лондону? Да вот еще!

— Ты уже проголосовала? — спросил он, вышагивая рядом.

— Нет, коплю силы.

Покачала головой, наткнувшись на взгляд Зиты (или Гиты), стоящей в компании сестры и других цыпочек из команды поддержки. На всех были милые разномастные пижамки и розовые ободки с пушистой хренью. Откровенно пренебрежительно оценив взглядом мой чопорный наряд, состоящий из той самой замшевой юбки и блузки кремового оттенка, Гита (или Зита) отвернулась, а потом вся компания принялась дружно ржать. Надо мной, естественно. И, не будь я Чесноковой, то сразу скисла бы, как щи в тридцатиградусную жару. Но я же Чеснокова, и вариант у меня бы лишь один – держать хвост пистолетом.

Но только я миновала эту тусовку самых популярных девушек в школе, как пришлось тут же трусливо поджать свой воображаемый хвост, стоило лишь вспомнить недавний разговор с мамой.

— Наше занятие сегодня отменяется, — сказала я Лондону, когда мы зависли у кабинета химии в ожидании первого урока.

— Почему? Я… же не справлюсь один, — с наглой улыбкой произнес тот.

— Не смеши меня, — я подалась вперёд и тихо добавила, — мы же все равно ни хрена не делаем.