Книга С любовью, Лондон, страница 55 – Юлия Устинова

— Как это не делаем?! А это?

Наклонившись, Лондон, в конец оборзев, потянулся к моим губам. Но на этот раз я была бдительна и молниеносно отреагировала, прихлопнув ладонью его рот.

— Ты чего творишь?! — зашипела на него, оглядываясь по сторонам.

Лондон осторожно убрал мою руку и, обхватив ладонь, ответил:

— Хочу поцеловать свою девушку.

Я снова закрутила головой, пусть уже и начала догадываться, кого именно Лондон имел в виду.

— Так… все, нам пора на химию, — сбивчиво проговорила, не решаясь смотреть ему в глаза.

— Я что-то не то сказал? — спросил парень.

— Мне… надо… обдумать твои слова, — смущённо промямлила и, встретившись с ним взглядом, ощутила, как предательски вспыхнули мои щёки.

— Ладно, до пяти у тебя есть время. Нам ни в коем случае не стоит прерывать наши занятия, Китти. Положительная динамика налицо, я вчера даже домашку по английскому сделал, — продолжал кривляться этот бессовестный тип.

— Сегодня не выйдет. Знаешь, мама сказала, чтобы ты пришел к нам… домой, — и так по-идиотски я себя еще никогда не чувствовала.

— Правда? Круто, я приду! — заявил Лондон и под оглушительный звук звонка быстро чмокнул меня в нагретую, как тефлоновая сковородка, щёку.

Что и говорить? Влипла я, ой как влипла! И чем меньше времени оставалось до заветного часа Х, тем больше бредовых идей стало посещать мою светлую голову на тему того, как избежать сегодняшнего провала.

У меня и без того проблем хватало! Я каждый день встречала с мыслью о том, что еще придумают чертихи Фернандес, чтобы насолить мне. Но те как-то подозрительно притихли, чем ещё больше раздражали. Кроме того, до моего предполагаемого акта возмездия тоже оставались считанные часы, и лишняя нервотрёпка, спровоцированная предстоящей встречей мамы и Лондона, меня совершенно выбивала из колеи.

И сейчас, наблюдая за тем, как школьный спортзал наполнялся атмосферой и атрибутикой «ревущих двадцатых»*, в стиле которых планировалось провести завтрашние танцы, даже задумалась о том, чтобы забить на свой коварный план. Ведь гораздо приятнее просто сесть где-нибудь в тихом уголочке и снова посмаковать фразу, сказанную Лондоном этим утром.

— Смотри, куда прешь! — противно рявкнула некто Фернандес, вырвав меня из раздумий.

— Это тебе стоит проверить зрение! — сердито ответила ей Олли. Присев на корточки она стала собирать обратно в коробку вывалившееся оттуда барахло в виде каких-то перьев, шляпок и бижутерии.

— Прости, такую коротышку, как ты, действительно трудно заметить, — ответила Зита и, заколыхавшись от злодейского смеха, направилась к компании своих приспешниц.

Я поспешила на помощь к подруге и теперь была точно уверена, что ее вместе с коробкой с ног сшибла именно Зита, потому что Гита стояла сейчас в другом конце зала, повиснув на Магуайре. Олли тоже бросала на эту парочку косые взгляды, полные тоски и безнадёжности. И в эту самую минуту я твердо решила, пощады не будет! Дело оставалось за малым – пережить сегодняшний визит в дом Рика обладателя ключа от всех дверей, который так обалденно целуется, и склонить его к тому, чтобы провести незабываемую ночь в моей компании.

*Бурные, или ревущие двадцатые (англ. Roaring Twenties) — эпоха 1920-х годов в США, Великобритании, Германии, Франции. Название характеризует динамичность искусства, а также культурной и социальной жизни этого периода.