Книга Мой муж отец чужого ребёнка, страница 9 – Катерина Воронова

— Ты долго. Я просил быть ровно в тридцать минут.

— Задержалась с родителями. Полина просила купить тетради по рисованию.

Машина тронулась с места, колёса взвизгнули на мокрой листве. Дмитрий резко вывернул руль, выезжая на проспект, превышая допустимую скорость.

— Куда ты так гонишь? Дорога скользкая.

— Нормальная дорога, — огрызнулся он, перестраиваясь из ряда в ряд. — Есть хочу. Дома рагу осталось?

Я повернулась к нему боком. Внимательно всмотрелась в его профиль: жилка на виске дёргалась, пальцы нервно перехватывали оплётку руля.

— Дима.

— Что?

— Женщина, которая стояла у ворот. В кремовом пальто. Ты знаешь её?

Стрелка спидометра качнулась вправо. Дмитрий резко нажал на тормоз перед светофором, машина клюнула носом. Он повернулся ко мне, лицо перекосило от бешенства:

— Какая ещё женщина? Ты спятила окончательно?

— Марина Викторовна. Медсестра. Мама мальчика из параллельного класса Полины. Ты смотрел на неё так, будто привидение увидел.

Дмитрий сглотнул, на его лбу выступила испарина. Он отвернулся к лобовому стеклу, уставившись на красный сигнал светофора:

— Нет. Я впервые её вижу. Мало ли кто у вашей школы шляется по вечерам. У тебя крыша поехала на почве ревности, Аня. Лечиться пора.

Он солгал снова. Не моргнув глазом, с той же ледяной яростью в голосе.

Но его руки на руле дрожали мелкой, неуправляемой дрожью.

Светофор переключился на зелёный. Машина рванула вперёд. Я сидела, вжавшись в спинку кресла, глядя на его напряжённый профиль.

Он знал её. Знал слишком хорошо. И панически боялся, что я об этом догадаюсь.

Стрелка спидометра дрожала на отметке восемьдесят. Дмитрий резко бросил машину в правый ряд перед круговым движением, срезав угол тротуара.

— Сбавь скорость, — выдавила я, вжавшись затылком в подголовник. Сердце колотилось в горле, отголоски его злости заполняли тесный салон удушливой волной.

— Нормально еду, — процедил он, не поворачивая головы. Мышцы челюсти вздулись под седеющей щетиной. — Тебе всюду мерещатся заговоры, Аня. Сидишь в своей школе, обросла пыльными тетрадями, реального мира не видишь. Придумываешь трагедии на ровном месте.

— Я просто назвала фамилию женщины, подошедшей к калитке.

— Ты не фамилию назвала. Ты устроила допрос. Как следовать на полиграфе. Запомни раз и навсегда: мне плевать на твоих школьных медсестёр, на их детей, на все ваши собрания. У меня горят сроки сдачи жилого комплекса. Если до конца месяца объект не примут, мы останемся без копейки. Будешь кормить Егора на свою учительскую ставку. Посмотрим, насколько тебе хватит спеси.

Он замолчал, с силой вжав педаль газа. Оставшуюся часть пути до дома мы провели в гробовой тишине, разбавляемой лишь шелестом мокрых шин по асфальту.

Утром школа встретила меня гулким эхом пустых коридоров. Первый урок стоял в расписании «окном». Я сидела в пустой учительской, подперев щёку ладонью, и безучастно смотрела на каплю воды, медленно сочившуюся из носика старого электрического чайника.

Дверь тихо скрипнула. На пороге возник Сергей. На нём был тёмно-синий шерстяной джемпер, крупная вязка подчеркивала разворот широких плеч. Никакого свистка, никаких спортивных треников — сегодня он выглядел домашним, собранным и непривычно тихим.

— Угадал, — произнёс он, закрывая за собой дверь на защёлку. — Вы здесь.