Книга Удар кошачьей лапой, страница 44 – Сьюзан Спэнн

— Не помню, – пожал плечами Луис. – Я знаю нескольких торговцев, и большинство из них мне кого-нибудь представляют. Таков уж смешной самурайский обычай: нужно знать человека лично, прежде чем вести с ним дела. Нормальные люди просто находят нужный товар и покупают его.

— Это важно, – настаивал Хиро. – Кто вас познакомил?

Португалец мгновение подумал.

— Должно быть, портной Ясо. – После паузы он добавил: – Определенно Ясо. Он организовал и сегодняшнюю встречу.

— Кто-нибудь из них говорил тебе, где остановился? – продолжал допытываться синоби. –У них были родственники в Киото?

Луис усмехнулся и покачал головой:

— Мы говорили только о мушкетах. Мне плевать на их личную жизнь.

— У тебя остались записи о продажах?

— Я веду подробные учетные книги, однако ты не найдешь там то, что ищешь. Я записываю имена, но не адреса или другую информацию о покупателе.

— Сойдет и так, – решил Хиро. – Ты держишь книги здесь?

Луис вернулся в свою комнату и через мгновение снова вышел с учетной книгой, переплетенной в кожу в португальском стиле. Он пролистал страницы, пока не нашел нужную запись.

— Вот. – Он ткнул пальцем в строчку: – Это первая сделка, с самураем.

Хиро потребовалась пара мгновений, чтобы прочитать запись, и не только потому, что она была на португальском. Строки и столбцы казались совершенно бессмысленными, пока он не вспомнил, что Луис пишет горизонтально, а не вертикально, как в японских учетных книгах.

Синоби изучил строку, на которую указал Луис. Все, кроме имени клиента, было написано ровным почерком португальского торговца. Хиро читал с трудом, но наслаждался умственным усилием. Несмотря на раздражающую натуру, почерк у Луиса был красивый.

Имя клиента выглядело куда разборчивее, поскольку не было написано от руки. Самураи и многие торговцы использовали резную печать, или инкан, вместо формальной подписи. Печати препятствовали подделке и устраняли необходимость носить с собой кисть. Инкан окунали в пастообразные чернила, а затем прикладывали к документу в результате чего отображались иероглифы имени владельца.

В нужной строчке значилось: «Акэти Мицухидэ».

— А другая сделка? – спросил Хиро. – С человеком, которого ты видел сегодня утром.

Торговец перевернул еще два листа и провел пальцем вниз по странице, пока не дошел до последней строчки.

— Надо же, как интересно. – Он наклонил книгу к Хиро и отцу Матео. В столбце для печати клиента содержалась неразборчивая клякса. – Должно быть, он поторопился с оттиском.

— Или намеренно испортил его, чтобы скрыть имя, – буркнул телохранитель.

Луис пожал плечами.

— Тогда его трудно будет выследить, тем более что он уже уехал. Покинул Киото, как только забрал купленное оружие: хотел выехать пораньше, пока дороги свободны. Вот почему мне пришлось вставать в такой отвратительный час. Думаешь, этот Акэти связан с твоим мертвым самураем?

— Обратное меня бы сильно удивило, – протянул Хиро.

— Интересно, что никто не упомянул родственника на службе у даймё Оды, – задумчиво сказал отец Матео.

— Ничего удивительного, – подхватил телохранитель. – Это также означает, что Ёсико ошиблась или солгала. И у даймё Оды, и у сёгуна есть причины желать смерти Хидэёси.

— Матео, – Луис побагровел, – тебе необходимо немедленно покинуть Киото. Не подвергай себя опасности ради проститутки.