Книга Сделка, страница 46 – Лейла Фэй

— Идем, девочка в маках, – говорит Воланд, приближая свое лицо к моему, пока его рука тепло и нежно скользит с затылка вниз, к шее. – Ведь на самом деле ты не хочешь домой. На самом деле ты хочешь утереть нос этой девчонке. Как она смеет разговаривать с тобой свысока, а? Давай проучим ее. И я покажу тебе кое-что.

Я бросаю взгляд на берег. Позади девушек, которые стоят на низком берегу и держат в руках венки, собралась целая толпа. Девушки бросают томные взгляды на приготовившихся в воде парней, чьи мокрые тела блестят в лунном свете. Даже боги и существа внутри круга перестали танцевать, подошли ближе и наблюдают. Мы единственные, кто остался.

— Что ты мне покажешь? – спрашиваю я, и в горле пересыхает. Мне страшно доверять Воланду, но, клянусь богами, он прав. Я не хочу прятаться. Хоть раз в жизни я хочу выйти туда и победить.

— Как ты мне дорога! – шепчет он, низко опуская голову и целомудренно касаясь губами моей щеки. – Самая красивая девушка в самом красивом венке. Конечно, я хочу тебя.

У меня перехватывает дыхание, и я моргаю, пытаясь скрыть, как глубоко тронута этими словами. Я пытаюсь убедить себя, что Воланд лжет, но это чувство слишком приятно, чтобы отпускать его прямо сейчас. Судя по улыбке, от которой вокруг его глаз собираются морщинки, Воланд знает, что я чувствую.

— Что ты хочешь сделать? – почти шепотом спрашиваю я.

— Пусти свой венок по реке, – говорит он и сверкает глазами. – И увидишь.

Воланд уходит, бросив на меня последний взгляд через плечо. Его глаза ярко горят на темном лице. Я сжимаю кулаки, сердце колотится от нерешительности. Потому что, да, я хочу участвовать в обряде. Хочу, чтобы мой венок плыл вместе с другими и чтобы его поймали. Но как он…

Воланд останавливается на краю круга и поднимает руки – темный могущественный бог, призывающий свою силу. Когда он делает следующий шаг через невидимую линию, его тело вибрирует и меняется, внезапно становясь чем-то иным.

Я сглатываю, недоверчиво глядя на него. Воланд поворачивается полностью и ухмыляется. Его улыбка все та же: самодовольная и слегка насмешливая, белые зубы сверкают на темном лице. Но все остальное изменилось. Воланд превратился в смертного мужчину – самого прекрасного из всех, кого я когда-либо видела. Его тело – само совершенство: он на голову выше самого высокого мужчины в нашей деревне, широкий в плечах, с узкими бедрами и длинными ногами. Кожа загорелая, золотистая, глаза темные, с длинными ресницами, волосы короткие и черные. И он обнажен. Когда Воланд отворачивается от меня, я завороженно смотрю, как его длинный член покачивается в такт движениям и вскоре скрывается за изгибом круглых мускулистых ягодиц.

— Подождите меня, парни, – окликает он низким, приятным голосом, который разносится над возбужденным гулом.

Внезапно мною овладевает решимость, и я хватаюсь за свой венок. Хоть я и не хочу следовать приказам Воланда, потому что не доверяю ему, но все равно срываюсь с места, словно во сне, – вниз к реке, следуя за дьяволом в обманчивой золотистой человеческой коже.

Когда Ида поворачивается на голос Воланда и видит его, ее челюсть отвисает, глаза широко распахиваются, и я сразу понимаю: она его хочет. Все девушки его хотят. И пока они любуются прекрасным смертным телом, я не могу не трепетать перед его силой и той легкостью, с которой Воланд изменил свою внешность. Я хочу владеть такой магией. Предложи он научить меня, я бы последовала за ним без колебаний.