Книга Неправильная попаданка. Расхламление по-земному, страница 31 – Татьяна Михаль

— Омлет, молчи, – предупредила кота.

Виктор хмыкнул.

— Просто так... странно. Я долго не мог её забыть, а сейчас – написал письмо и понял, что мне уже почти всё равно. И от этого немного страшно, как будто я предаю память о том, что у нас было.

— Нет никакого предательства с твоей стороны, это начался процесс исцеления, Виктор. Это нормально.

Он кивнул и бросил письмо в кострище.

Я плеснула туда остатки магического огневика. Чиркнула спичкой. Пламя взвилось вверх, и бумага мгновенно вспыхнула, как будто сама хотела исчезнуть.

— «Спасибо, что свалила», – задумчиво произнёс Омлет, глядя на огонь. – Хорошая фраза, я её запомнил.

Когда пламя погасло и от письма остался только пепел, Виктор вдруг глубоко вдохнул и шумно выдохнул. И я увидела, как его плечи расправились, как будто с них свалился невидимый груз.

— Полегчало? – спросила я.

— Да. Очень.

— Вот и славно, а теперь у нас по плану, барабанная дробь… Уборка!

— Что, опять?

— Да. Хватит спать на пыльном диване. Сегодня мы приводим в порядок гостиную.

* * *

Мы с Омлетом к этой грязной гостиной даже немного привыкли, но каждое утро чихать от пыли – это удовольствие ниже среднего. Я решила, что сегодня мы это исправим.

— Значит, так, сначала выносим крупный мусор. Потом всё пылесосим, а далее моем пол. Обязательно выбиваем ковры, шторы, отмоем все светильники и люстру.

— Люстру? – переспросил Виктор.

— Да, я не собираюсь жить под этим чудовищем на изоленте. Либо мы её снимаем и моем, либо снимаем и выбрасываем. Выбирайте.

— Это фамильная вещь.

— Тогда моем.

И мы приступили. Я командовала, Виктор таскал коробки, Омлет сидел на спинке кресла и отпускал комментарии. Через час гостиная уже выглядела вполовину менее ужасно, чем раньше. Через два часа даже почти прилично.

А потом я нашла разбитое стекло. Я наклонилась, чтобы собрать осколки, и тут один из них предательски скользнул в руке.

— Ай! – вскрикнула я и отдёрнула руку.

По ладони потекло много крови. Осколок длинно глубоко рассёк мне кожу, почти до запястья. Боль была резкая и обжигающая.

— Дана? – заволновался Виктор и бросился ко мне. – Что случилось?

— Стекло, – прошипела я, зажимая рану. – Порезалась!

Омлет спрыгнул с кресла и подбежал, встревоженно тычась носом в мою руку.

— У тебя кровь! Дана, ты истекаешь кровью! Генерал, сделай что-нибудь, ты же маг! Быстро исцели её, пока она не умерла от потери крови!

Я картинно закатила глаза.

— Я не целитель, а боевой маг! – рявкнул Виктор.

— А какая разница?! Сделай что-нибудь, бестолочь! Какая от тебя вообще польза?!

Генерал потемнел лицом, а я начала злиться на него. Стоит тут, как истукан, даже предложить антисептик и пластырь не может, чтобы рану промыть и заклеить её.

А теперь мне придётся убираться с раной. Ещё какое-нибудь заражение поймаю. Чума, тиф, сифилис, сепсис… руку ампутируют по плечо… Или вообще умру…

И мне стало страшно.

— Да чтоб всё провалилось! – крикнула я в сердцах. – Чтоб всё битое стекло исчезло! Сволочь!

И мир мне вдруг ответил.

Осколки внезапно вздрогнули, резко поднялись в воздух – все до единого, зависли на мгновение, как будто раздумывая, а потом просто взяли и схлопнулись внутрь себя. И исчезли.

Раздался лёгкий хлопок и битого стекла не стало.

Мы все обалдели.

— Что это... – прошептал Виктор.