Книга Развод с драконом. Мой новый муж - драконоборец, страница 109 – Соня Громова

— Значит, опять будем разбираться с бумагами?

Я невольно улыбнулась.

— Похоже.

Она вздохнула.

— Прекрасно. А я-то надеялась, что после пожара у нас появится хотя бы один спокойный день.

Я посмотрела на нее.

— Сначала проверим больных.

— Вот это уже разумно.

Мы направились к пациентам.

За окнами начинался новый день.

Сгоревший лазарет еще предстояло восстановить.

Ратмиру требовалось лечение.

Демир оставался под охраной.

А где-то далеко в столице Эйдар Вейр, возможно, даже не подозревал, что его бывшая жена больше не собирается молчать.

Я поправила рабочий передник.

И вошла в первую временную палату.

Моя жизнь не стала простой.

Но теперь у меня было ради чего бороться.

На третий день после пожара я обнаружила, что в нашем временном лазарете снова заканчивается чистое полотно.

— Этого не может быть, — сказала Тесса, когда Фарен принес утренний отчет.

Я забрала у него журнал.

— Почему?

— Нам же после пожара выделили шесть свертков из крепости.

— И мы приняли семерых пострадавших после пожара. Троим пришлось менять повязки чаще обычного, а часть материалов испортилась при эвакуации.

Тесса посмотрела на пустую полку.

— Проклятье.

Я была с ней согласна.

В большом зале старой гильдии стояли одиннадцать кроватей. Между ними оставалось достаточно места для прохода, но о полноценной перевязочной пока приходилось только мечтать.

На длинном столе возле окна лежали инструменты, которые удалось спасти из пожара. Два металлических таза заменяли нам часть оборудования. Чистую воду приносили из соседнего дома, где хозяева разрешили пользоваться кухней.

Утром здесь было холодно.

Клем растопил печь, но каменные стены прогревались медленно. Я надела поверх платья теплый жакет и уже третий раз за день пыталась убедить себя, что временные неудобства скоро закончатся.

Пока ничего не указывало на скорое возвращение в старый лазарет.

Крышу над северной частью здания разобрали. Несколько балок пришлось признать непригодными, а хозяйственная пристройка сгорела почти полностью.

Брон обещал начать восстановление, когда городской совет утвердит расходы.

Господин Сойер при одном упоминании этих расходов хватался за голову.

— Записывай, — сказала я Фарену. — К завтрашнему утру нам нужно не меньше четырех больших свертков полотна. Еще две упаковки перевязочных нитей и новые сосуды для хранения обработанных инструментов.

Парень старательно заносил названия в журнал.

— А кто будет платить?

— Пока не знаю.

Тесса подняла голову.

— Только не говори, что опять сама.

— Не собиралась.

— Мирена.

Я посмотрела на нее.

— Обещаю.

Она удовлетворенно кивнула.

За несколько дней работы мы успели достаточно хорошо узнать друг друга. Тесса больше не пыталась спорить с каждым моим распоряжением, зато совершенно спокойно могла заявить, что я веду себя глупо, если считала нужным.

Мне это нравилось.

После восьми лет брака с человеком, которому любое возражение казалось оскорблением, честные разговоры стали настоящим облегчением.

— Сегодня пойду к Сойеру, — сказала я. — Нужно решить вопрос с постоянным снабжением.

— А я займусь перевязками, — ответила Тесса.

Фарен закрыл журнал.

— Госпожа Ларен, а можно спросить?

— Конечно.

— Если старый лазарет так сильно пострадал, почему бы нам не остаться здесь? Помещение большое, крыша хорошая.