Книга Отвергнутая драконом, страница 7 – Ия Эмдин

— Я лучше останусь одна, - сказала она тихо, - чем буду твоей наложницей.

Генри ударил кулаком о стену. В его глазах мелькнуло неверие, затем злость.

— Ты не понимаешь, от чего отказываешься.

— Понимаю. Отказываюсь от клетки. На этот раз - навсегда.

Он стиснул зубы, и на скулах заиграли желваки.

— Ты всегда была упрямой, - процедил он. - Но сейчас твоё упрямство глупо. Я предлагаю тебе последний шанс. Откажешься и будешь никем. Без титула, без имени, без покровителя.

— Я уже никто, - ответила Адалин. - Ты позаботился об этом.

Генри вдруг сорвался. Он схватил её за плечо, и притянул к себе. Адалин вскрикнула, но не отстранилась. Она смотрела в его глаза, в которых теперь полыхала ярость.

— Ты даже не боролась! - выкрикнул он ей в лицо. - За три года ты ни разу не попыталась удержать меня! Ты ходила по этому дому, как тень, занималась своими тряпками и цветами и ждала, что всё решится само! Ты не боролась за меня, Адалин! Ни разу!

Адалин смотрела на него, и в её груди поднималась горечь. Она чувствовала его пальцы на своём плече, его дыхание на своём лице, и вдруг поняла, что он прав. Она не боролась. Но не потому, что не хотела. А потому, что уже тогда знала: он никогда не был её. Он был драконом, который выбрал её как инкубатор для наследника. И когда инкубатор не сработал, он стал искать другой.

— Ты прав, - сказала она тихо. - Я не боролась. Потому что не за что было.

— Что? - прошептал он.

— Ты никогда не был моим, Генри. Ты был собой. Я любила тебя, но ты не дал мне ни единого шанса полюбить тебя по-настоящему. Ты держал меня на расстоянии. Ты сравнивал меня с другими. Ты ждал, что я стану кем-то, кем не могла стать. А теперь винишь меня за то, что я перестала цепляться за пустоту.

Он отступил на шаг, и на его лице отразилось смятение. Затем оно сменилось холодом.

— Ты никогда не понимала меня, - отрезал он.

— Возможно. Но теперь это не имеет значения.

Адалин подхватила саквояж, который чуть не упал, и повернулась к двери.

— Прощай, Генри.

— Без титула! - бросил он ей в спину, и голос его звенел от ярости. - Ты уедешь без титула, без денег, без надежды на будущее! И останешься одна, потому что ни один дракон не захочет связываться с женщиной, которую отверг клан Серебряных!

-Лучше одна, - сказала она, - чем с тобой. И толкнула дверь.

Уличный холод ударил в лицо, но Адалин не почувствовала его. Она шагнула вперёд, к карете, стоявшей у подножия замка, и даже не оглянулась. За спиной очень сильно хлопнула дверь.

Карета тронулась, и замок Винтеров начал медленно отдаляться, пока не превратился в тёмное пятно на фоне серого неба. Адалин сидела, откинувшись на жёсткую спинку сиденья, и смотрела в окно, но не видела ничего: ни проплывающих мимо полей, ни голых деревьев, ни редких крестьянских домов. Перед её глазами всё ещё стояло лицо Генри, искажённое яростью, с побелевшими скулами и сверкающими, как льдинки, глазами.

Она не жалела. Жалость пришла бы позже, вместе с осознанием необратимости. Сейчас же в груди было тихо, как после долгой болезни.

Дорога была разбитой, карету потряхивало на ухабах, и Адалин то и дело ударялась плечом о стенку. Она не пыталась устроиться удобнее - не было сил. Просто сидела, сжимая на коленях саквояж.

Прошло, наверное, около часа, прежде чем она заметила, что плачет. Слёзы текли по щекам беззвучно, без всхлипов, словно тело освобождалось от того, что душа уже отпустила. Адалин поднесла руку к лицу, удивлённо коснулась влажной щеки. Она не чувствовала боли. Только пустоту, которая заполняла её изнутри, как холодная вода.