Книга За гранью Самайна. Наследница, страница 21 – Анна Айдарова

Она наконец посмотрела на меня. Не как обычно — взглядом мазнет уничижающим, как истинная фэйри. В её лице было что-то такое, отчего я почувствовала раздражение ещё до того, как успела осознать причину. Не злость даже — я ее злости не стоила, а какое-то… заранее уже вынесенное обвинение. Будто я уже виновата и теперь должна оправдываться, вечно оправдываться. А я даже понятия не имела, в чём именно.

— Ты его совсем не любишь, да? — спросила она тихо.

И что ответить? «Не твое дело, не лезь»? Это Эйрнану она ответит «извини, папа», а мне достанется полный превосходства и понимания своей правоты взгляд. Взгляд фэйри на смертную дурочку.

Эйрнан так смотрел на меня, когда привез в свой дом непрошеный подарок — пустое место, никто, смертная…

Несколько секунд я смотрела на неё, пытаясь понять, действительно ли она произнесла эти слова.

— Я не собираюсь перед тобой отчитываться. Ты слишком мала, чтобы лезть в дела взрослых.

Презрительный, насмешливый взгляд.

— Да, конечно. Больше тебе сказать нечего, мама, да? И что тут понимать… Он старается для тебя, терпит всё это, а ты даже не замечаешь.

— Мы сами разберемся. Это не твое дело.

Возможно, я сказала это слишком жёстко. Но избавиться от ощущения, что я оправдываюсь перед собственной дочерью чуть ли не за каждую мысль, я так и не могла. И от этого мне было ещё хуже.

— Конечно, не мое дело, — легко согласилась она. — Ты всегда так говоришь, когда тебе нечего ответить. А ему плохо здесь, мам. Ты хоть раз подумала, каково ему каждый день находиться в этом мире? И ведь он не скажет, потому что не хочет тебе мешать!

— Откуда ты знаешь, что ему плохо?

Это… это не могло быть правдой. Эйре всегда был спокоен и уравновешен. Что я, не знаю, какой он, когда ему плохо? Я знаю мужа… я опять начинаю оправдываться и злюсь.

— И я это вижу, потому что смотрю на него! В отличие от тебя!

Я почувствовала, как внутри поднимается горячая волна раздражения. Мне хотелось ответить спокойно, объяснить, что она не знает всего, что происходит между нами, что взрослые отношения устроены сложнее, чем ей кажется и все действительно не так просто. Но вместо этого я услышала собственный голос — резкий и непривычно громкий:

— А ты, значит, всё знаешь? Ты теперь у нас специалист по чужим бракам? Может, расскажешь мне ещё, как правильно быть женой и матерью?

Эл взглянула на засветившийся экран телефона, поморщилась и решительно перевернула его, скрывая.

— Я хотя бы вижу, что папа несчастен!

— Ты видишь только то, что хочешь видеть. Ты вообще в последнее время думаешь о ком-нибудь, кроме себя?

— Удобно, да, мам? Когда тебе говорят что-то неудобное — сразу обвинить собеседника в эгоизме. И с чего? При чем здесь я?

— При том, что ты ведёшь себя так, будто весь мир обязан подстраиваться под тебя. Тебе можно грубить, хлопать дверями, исчезать на всю ночь, не отвечать на звонки, а потом возвращаться и ждать, что все будут рады тебя видеть. И папа, конечно, всё простит. Он всегда тебе всё простит. А злая мама будет беспокоиться за тебя, потому что знает…

— Папа меня хотя бы любит.

— А я, значит, нет?

— Не знаю, кого ты любишь. Иногда кажется, что только и исключительно свою работу.

— А ты просто счастлива постоянно напоминать мне, какая я ужасная мать.