Книга За гранью Самайна. Наследница, страница 6 – Анна Айдарова

Страшно, когда ребенок страдает от последствий того, что мы сами позволили испортить.

Это наша ответственность.

Только вот от пафосных слов легче не становилось. И самое мерзкое, что умные взрослые родители позволили детям во всем этом быть.

За окном проехала машина, на мгновение осветив потолок. Потом снова стало темно и тихо.

Когда-то в Самайн я встретил Гвен.

Воспоминание было таким ясным, что я почти почувствовал холод той ночи, увидел её лицо, услышал голос. Она была испугана, зла, упряма и совершенно не понимала, куда попала. Она не знала, кто я, не знала, что могу с ней сделать, и всё равно умудрялась смотреть мне в глаза. Тому, кого ее предки почитали божеством холма, кому поклонялись и приносили жертвы, желая задобрить или получить какое-то благо.

В каком-то смысле она оказалась права.

Я не знал, что однажды этот день станет для меня чем-то большим, чем воспоминание об охоте и нарушенных клятвах. Не знал, что буду сидеть в гостиной собственного дома в мире людей, ждать возвращения жены и думать, стоит ли написать ей сообщение.

Я взял телефон.

Мне нечего было спрашивать. Гвен знала, какой сегодня день. Если она хотела провести вечер иначе, у неё было на это право.

Возвращаться домой ради воспоминаний, которые, возможно, значили для меня больше, чем для неё?

Я мог любить её и без этого.

Просто мы оба куда-то шли, и, кажется, давно перестали смотреть, в одну ли сторону.

Я снова открыл книгу.

Дверь хлопнула.

Я поднял голову, отложив книгу.

— Будешь ужинать? — спросил я, когда она появилась в дверях гостиной.

— Я не голодна, спасибо. Мальчики спят?

Я кивнул, хотя знаю, что тишина в их комнате вовсе не означает сна. Еще одна проблема, которая проблемой в моем мире не является. Ни Эл, ни мальчики однажды вообще перестанут спать, если это уже не произошло. Все же они фэйри.

Гвен кивнула рассеянно. Сняла пальто, повесила его на вешалку и провела ладонью по мокрым волосам. От неё пахло дождём и холодным воздухом.

Я поднялся навстречу. Гвен позволила себя поцеловать — привычно, почти машинально, коснувшись губами моей щеки. Я хотел обнять её, прижать к себе, почувствовать, что она действительно дома, рядом, а не просто вернулась в одно помещение со мной. Но стоило мне обхватить её за плечи, как она мягко отстранилась.

— Я промокла, Эйре. И очень устала.

— Тогда иди в душ. Точно не будешь есть?

— Точно. Спасибо.

Она улыбнулась и вышла.

Я проводил её взглядом.

Возможно, она действительно устала. Возможно, день выдался тяжёлым, на работе что-то случилось или её снова подвели люди, которым она доверяла. Может быть, у неё болела голова, замерзла, а единственным желанием было добраться до кровати и уснуть. Это могло быть связано с чем угодно. С ней самой, с её работой, с сотней мелочей, о которых я ничего не знал. Из которых складывалась ее жизнь. И среди которых мне не осталось места.

И всё же я любил эту женщину. Даже такой — промокшей, уставшей, отстраняющейся от меня. Возможно, именно сейчас любил особенно сильно.

— Элли дома? — спросила она из спальни.

— Нет.

Гвен нахмурилась.

— Где она?

— Я отпустил её встретить Самайн с друзьями.

Она замерла.

— Ты что сделал?

Я медленно поднял глаза.

— Отпустил её к друзьям. Она хотела провести вечер с ними.

— Зачем? — Голос Гвен сорвался почти на крик. — Эйрнан, зачем ты это сделал? А если там будет этот её Джефф? А если с ней что-нибудь случится? Ты вообще подумал об этом?