Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 28 – Лина Грин

Лора осторожно открывала банки одну за другой, проверяя содержимое по запаху. В одной обнаружились сушёные яблоки, в другой — корица, в третьей лежали тёмные стручки, которые она не смогла определить. На дне большого ящика нашлась небольшая пачка сахара, а возле стены — мешочек с орехами.

Какао тоже было.

Оно хранилось в нескольких жестяных банках, похожих на ту, с которой всё началось. На крышках стояли номера, а на одной из них сохранилась надпись: «Осенняя смесь № 7». Лора задержала на ней взгляд, но открывать банку не стала. Ей хватало и той, что привела её сюда.

Она нашла чистую тряпку, вытерла стол, вымыла несколько чашек и поставила чайник на небольшую плиту. Та зажглась не от спички: стоило повернуть металлическую ручку, как под дном вспыхнуло синеватое пламя.

Лора отступила на шаг.

— Ладно, — сказала она, наблюдая за огнём. — К этому тоже придётся привыкнуть.

Пока вода нагревалась, она принялась разбирать полки. За стопкой старых полотенец обнаружился толстый блокнот в тёмно-зелёной обложке. На уголке обложки сохранилась маленькая медная пластинка с выгравированными буквами:

Э. Б.

Лора провела по ним пальцем.

Эстель Браун.

Имя прежней хозяйки, которое вчера несколько раз произносила Олли.

Блокнот оказался не бухгалтерской книгой, как Лора сначала подумала, а сборником рецептов. Страницы пожелтели по краям, некоторые были испачканы какао, другие покрывали аккуратные записи с тонкими завитками букв. Между листами лежали засушенные лепестки, узкая полоска ткани и маленькая карточка с нарисованной тыквой.

Лора открыла книгу на первой странице.

«Не всякое тепло рождается от огня. Иногда достаточно дать человеку возможность ненадолго остановиться».

Ниже шёл список напитков, некоторые названия выглядели вполне привычно: какао с корицей, какао с лесным орехом, какао с молоком и ванилью. Но дальше начиналось нечто странное.

«Для человека, который слишком долго не был дома».

«Для двоих, которым пора поговорить».

«Для того, кто забыл, чего ему хотелось».

Лора перевернула страницу.

«Для дождливого четверга».

Она усмехнулась.

— Вот это уже похоже на рецепт, который мне нужен.

Под названием стояло несколько строк, написанных чуть более крупным почерком:

Две ложки осеннего какао, молоко, щепотка корицы, немного мускатного ореха и одна чайная ложка тёмного сиропа. Не доводить до кипения. Помешивать медленно, пока дождь не перестанет казаться бесконечным. Лора перечитала последнюю фразу.

— Очень практично, госпожа Браун.

Внизу страницы имелась ещё одна приписка, почти незаметная:

Подавать в тяжёлой чашке. Не спрашивать, почему человек пришёл один.

Лора невольно улыбнулась. В этом было что-то знакомое, почти профессиональное. Она и сама не раз замечала, что некоторые посетители предпочитают, чтобы их оставили в покое, а другим достаточно одного спокойного вопроса, чтобы разговориться. В гостинице она научилась не навязывать помощь, но и не оставлять человека без внимания. Возможно, именно поэтому книга ей понравилась.

Она поставила блокнот на стол и принялась искать ингредиенты. Какао нашлось в одной из жестяных банок, корица — в маленькой стеклянной ёмкости, а мускатный орех пришлось долго разыскивать среди других специй. Тёмный сироп обнаружился в бутылочке с узким горлышком, на этикетке которой стояло незнакомое слово.