Книга Тыквенная лавка госпожи Браун, страница 73 – Лина Грин

Она подошла ближе.

На металлической табличке проступили новые слова:

«Последний рецепт. Смесь № 7. Два источника. Семь фонарей. Один город».

Лора коснулась края таблички.

В тот же миг внутри тыквы возникло изображение.

Сначала она увидела женщину с тёмными волосами, затем мужчину, стоявшего напротив неё. Эстель Браун. Лицо мужчины было скрыто тенью, но его голос прозвучал достаточно ясно:

— Если ты завершишь опыт, они больше не смогут управлять городом через хранилища.

— Я не собираюсь управлять городом, — ответила Эстель. — Я хочу, чтобы люди перестали платить за право помнить.

— Они не позволят тебе это сделать.

— Тогда мне придётся найти тех, кто сможет продолжить.

Изображение дрогнуло и исчезло.

Лора стояла неподвижно, пока свет в тыкве не стал прежним.

Теперь она знала, что Эстель исчезла не случайно. Она подошла слишком близко к разгадке, которая могла изменить весь Лиорн, и кто-то пытался остановить её до того, как она завершит работу.

Но самое тревожное заключалось в другом.

На последней странице дневника, которую Лора держала в руках, появилась новая строка, которой прежде не было:

«Если смесь № 7 снова пробудится, значит, второй источник уже найден».

Лора медленно подняла голову.

Она вспомнила, как жестяная банка реагировала на её прикосновения, как светились тыквы в подвале и как на одной из табличек появилось её имя.

Возможно, Эстель не просто оставила ей ключ.

Возможно, она каким-то образом знала, что однажды в лавке появится человек, способный завершить начатое.

И теперь Лора начинала понимать, почему для последнего рецепта требовались именно двое.

К утру первого дня осеннего праздника Лиорн изменился до неузнаваемости.

Ещё накануне улицы были заполнены торговцами, которые развешивали над прилавками гирлянды из сушёных листьев, расставляли корзины с яблоками и укладывали на деревянные тележки небольшие тыквы. Теперь же город словно проснулся внутри огромного фонаря: окна домов светились янтарным светом, на перекрёстках появились высокие арки, украшенные медными лентами, а вдоль мостовой стояли сотни фонарных тыкв, вырезанных в виде звёзд, птиц и причудливых цветов.

Осенний праздник отмечали в Лиорне каждый год, когда первые холодные ветра становились достаточно сильными, чтобы напомнить горожанам о приближении долгой зимы. В этот день принято было зажигать фонари, готовить сезонные блюда, встречаться с родственниками и вспоминать тех, кого давно не видели. Детям дарили маленькие тыквы с бумажными свечами внутри, взрослые приносили на площади семейные угощения, а музыканты играли до поздней ночи.

Для большинства жителей это был просто самый красивый день осени. Для Лоры и Марека он мог стать единственной возможностью доказать, что Эстель Браун была права.

Лора стояла у окна на втором этаже лавки, наблюдая, как по улице проходят первые праздничные процессии. На подоконнике лежала раскрытая тетрадь, рядом стояла жестяная банка седьмой смеси и небольшая чашка с остывшим какао. Последние несколько дней они с Мареком почти не спали, пытаясь восстановить расчёты Эстель и понять, каким образом семь видов эмоциональных отпечатков могли соединиться в единый источник энергии.

Им удалось выяснить главное: фонарные тыквы не создавали магию сами по себе. Они сохраняли то, что люди добровольно оставляли в них, — тепло воспоминаний, ощущение близости, радость встречи, благодарность, надежду. Отдельный отпечаток был слишком слаб, чтобы питать даже небольшой защитный контур, но тысячи таких отпечатков могли образовать устойчивый поток.