Книга Сообщница Злодея, страница 116 – Ханна Николь Мерер

Взяв один из канделябров, Эви устроилась в самом мягком кресле в углу, грациозно поджав под себя ноги.

— По крайней мере, кровать огромная, – заметила она. Увидев, что у него, кажется, вот-вот лопнет сосуд в голове, она поспешно закончила фразу: – Потому что мы оба сможем спать на ней, и никто никого случайно не коснётся.

— Мы не будем спать там вместе. – Он ткнул в кровать пальцем. – Ни в коем случае.

Эви вскинула подбородок.

— Если мы оба ляжем по разные стороны, ты даже не заметишь, что я там есть!

— Обещаю, я замечу. Нет, я не стану. Что за дешёвый штамп, где мы начинаем с разных краёв, а просыпаемся утром в обнимку? Я отказываюсь!

Эви принялась вытаскивать из волос ракушки и блёстки.

— Я и не планировала просыпаться в обнимку ни с чем, кроме одеяла.

В дверь постучали, и они оба вздрогнули, словно занимались чем-то предосудительным, а не спорили о штампе «в комнате всего одна кровать».

В комнату вошёл слуга в откровенном наряде, внёс большую ванну, поставил её в углу и начал таскать вёдра с горячей водой, наполняя её.

— Его светлость распорядился приготовить для вас ванну, прежде чем вы продолжите вечерние утехи. После этого будет подан ужин на двоих.

Бойко поклонившись, он направился к выходу, но Тристан схватил его за воротник, не дав переступить порог.

— Разумеется, если она захочет принять ванну, я подожду в коридоре. – Злодей уже двинулся было к выходу, но остановился, когда слуга сложил пальцы домиком и через плечо Тристана подмигнул Эви. – Не смотри на неё. Смотри на меня. В коридор, – твёрдо сказал Тристан. – Я подожду там.

— Безусловно, вы можете это сделать, Злодей, но боюсь, лорд Фаулер постановил, что, если кто-то из вас покинет комнату до рассвета, он объявит, что победитель в игре Преступницы будет перевыбран.

— Она не мешок с товаром, чтобы её перекидывали из рук в руки!

«Как мило».

И надежды на джентльменство таяли с каждой секундой.

— Конечно нет, сэр, но я обязан уважать пожелания его светлости. Я подчиняюсь его приказам.

— Хорошо, – Злодей отпустил слугу так резко и сильно, что тот грохнулся о дверь. – Смена одежды для леди. Немедленно.

Нежное сердце Эви безуспешно пыталось не сжиматься от этой трогательной заботы и желания защитить её. Тристан вёл себя до безобразия благородно, и это было несправедливо, учитывая, что ему полагалось соответствовать образу бесчестного негодяя.

Кого она обманывала? Таким он нравился ей не меньше.

— Конечно! Сию же минуту! Я сейчас принесу для неё что-нибудь!

— Что-нибудь удобное, – уточнил Тристан властным тоном человека, привыкшего получать то, что он хочет.

Хотелось бы Эви быть тем, чего он хочет.

«Да ты и так уже его».

— Непременно, сэр! Ах! Чуть не забыл, лорд Фаулер велел передать вам вот это. – Слуга положил на ладонь Злодея длинную шёлковую ленту, затем понизил голос до заговорщицкого шёпота: – На случай, если вам захочется пожёстче. – Он подмигнул.

Стены содрогнулись от оглушительного рёва Злодея:

— Вон отсюда!

Слуга тут же потерял весь свой апломб и, путаясь в ногах, выскочил за дверь, захлопнув её за собой.

— Сэйдж. Ты этого не слышала.

— Сэр, мне двадцать три года, и я читаю эротические романы так, будто они вот-вот выйдут из моды. – Она забрала ленту из его руки, ловко скрутила её и завязала крепкий двойной узел. – Я знаю, что значит «пожёстче».