Книга Сообщница Злодея, страница 54 – Ханна Николь Мерер

Зверь снова заскулил, и Александр, спрыгнув с плеча Тристана, подскакал к табличке, которую бросил на земле, чтобы со всей возможной скоростью нацарапать там одно слово: «Я?»

Тристан тепло взглянул на него.

— Присмотришь за ней, Александр? – У него дёрнулся кадык. – Может, это к лучшему. Боюсь представить, что бы я наделал, если бы встретился с ней теперь.

Александр не успевал стирать и писать заново. Шутка не вышла такой, какой была бы, если бы он просто сказал её вслух. Но он всё равно пошутил: «ПОЦЕЛУЙ?»

— Нет! – взвыл Тристан. – Никаких поцелуев! Вообще никогда никаких.

Александр медленно поднял табличку: «ВРЁШЬ».

Моргнул. Тристан моргнул в ответ. Гивр снова заскулил, и Тристан, кажется, пришёл в себя. Сжав переносицу, он быстро подошёл к клетке и сполз по ближайшей к прутьям стене, без энтузиазма поглаживая гивра по носу.

Тот успокоился и сразу принялся урчать.

— Проверь, как там Сэйдж, и сразу обратно, – шёпотом велел Тристан, и Александр кивнул, а затем запрыгал к лестнице, ведущей из темницы.

Но пока он поднимался, всё вокруг смешалось. Он проголодался. От пола тянуло холодом. Хотелось согреться. Он запрыгал со всех лап, пока не добрался до комнаты посветлее, а там вскочил на подоконник в тщетных поисках солнца.

Куда он скакал? Он был чем-то занят. Он кем-то был только что, но всё ускользнуло. И то, кем он был, тоже.

А потом растерянность лягушки прошла.

Потому что это была просто лягушка.

Гидеон не был уверен, можно ли до сих пор доверять старому другу в казармах Славной Гвардии, но плану очень серьёзно помогла бы помощь изнутри.

Если они рассчитывали хоть на малейший шанс выкрасть самку гивра, Гидеону нужно было обеспечить им карту Сиятельного дворца, но от неё не было бы никакого проку, если не узнать, в какой его части держат пленницу… если её вообще привезли во дворец.

Но эти размышления были слишком мрачны для такого раннего утра.

— Доброе утро, мама. – Дверь её комнаты была открыта, и Гидеон заглянул туда. С самого её возвращения он старался приглядывать за ней, и ей, кажется, нравилось внимание. Этого не требовалось, но она, очевидно, пыталась отдать ему долг за то, что чуть не убила его.

Чего она на самом деле не совершала, так что при любом раскладе этот долг следовало бы считать погашенным.

— Гидеон, хайнаси! – «Жизнь моя». Мама расцеловала его в щёки и улыбнулась. – Мы с Лиссой вчера провели вместе чудесный денёк.

Брови Гидеона взмыли на самый лоб.

— Весьма хорошие новости. Очень надеюсь, что эта чудесная часть началась после того, как ты чуть не поджарила её, как шашлык.

Вернувшись, мама была хрупкой и ранимой, но по сравнению с сёстрами Гидеон провёл с ней больше времени, так что понимал: чувство юмора у этой женщины – чернее некуда.

И именно благодаря маме он знал, каким целебным может быть юмор.

Её карие глаза блеснули, как звезда, которой она некогда была.

— К счастью, это случилось позже, на офисной кухне.

— Да, там обычно и начинается всё самое хорошее. – Гидеон широко улыбнулся, но посерьёзнел, когда дверь приоткрылась, и за ней обнаружилась капитан Кили с распущенными длинными волосами. Гидеон ни разу не видел её без косы.

С его животом произошли какие-то неприятные вещи. Очень… очень неприятные.

— Доброе утро, капитан! Зашли проведать свою неудавшуюся убийцу?