Книга Обсидиановый огонь, страница 152 – Айза Таллер

Но мое внимание привлекло не это. На столе посредине комнаты покоился камень. Большой и светлый, размером с два моих кулака, он лениво поблескивал в лучах солнца. Вокруг него, словно охраняя, свернувшись тугим кольцом, лежала Аспра. Завидев меня, она подняла голову, и в розоватых глазах мелькнуло что-то похожее на предупреждение.

Словно завороженная, я приблизилась к ним. Магия внутри меня шевельнулась, потянувшись к камню, как к чему-то родственному. Он показался мне ужасно похожим на Сердце Света. Только оно пульсировало теплым янтарным светом, а этот — холодным серебром, словно кто-то поймал и запер в стекло лунный луч.

— Вот ты где, — я резко обернулась. Морвен стоял в дверях и наблюдал за мной. Платиновые волосы топорщились в разные стороны. — Я уже подумал, что ты решила утопиться в кадке.

— Что это? — я кивнула на камень, проигнорировав его замечание.

— Не стоило ожидать, что ты будешь сидеть спокойно и не совать свой любопытный нос куда не следует? — Мор насмешливо приподнял бровь.

Я пожала плечами с деланным равнодушием и спрятала подрагивающие пальцы в складках платья:

— Мне жить осталось недели, может, месяцы. Так что прости, но сидеть и терпеливо ждать собственной кончины не очень-то хочется. Так что это?

— Мой артефакт. Трогать не советую.

Он пересек комнату, двигаясь с той плавной хищной грацией, которая бывает у зверей и драконов, но не у людей. Подошел к столу и оперся о его край, оказавшись рядом с камнем. Аспра тут же скользнула к его руке. Мор рассеянно погладил ее по спине.

— Такой же, как Сердце Света, найденное Элиорой? — уточнила я.

— Такой же, — было видно, что Мор вовсе не горел желанием развивать эту тему, но я не собиралась отступать:

— Не понимаю. Расскажи мне про камни.

— Тебе кто-то говорил, что ты невыносимо любопытная и невозможно настырная?

— Говорили. Наставницы в храме и драконы, а еще твоя сестра. Перед тем, как разломать мне грудную клетку и поселиться внутри.

Собрав остатки самообладания, я вскинула голову, глядя в нечеловеческие фиолетовые глаза. Мор молчал некоторое время, а потом плавно потянулся и заговорил:

— И что ты хочешь узнать?

— У Ксералии тоже был камень, — я нахмурилась, вспоминая обрывки ее слов в Бездне. Голос, от которого хотелось заткнуть уши и выть одновременно. — Она говорила про…

— Обсидиан, — подсказал Мор. — Черное вулканическое стекло из самых недр, куда не доходит ни один солнечный луч.

— Но что они такое?

— Часть нашей сущности, заключенная в материю. Я бы назвал это душой, но не уверен, что у богов она есть в привычном смысле, — Мор пожал плечами. — И в них — наша магия. Тьма Ксералии живет в ее обсидиане. Мой лунный камень хранит то, что я предпочитаю не описывать за ужином. Янтарь, найденный Элиорой, пульсировал светом, пока она не додумалась угостить его кровью и все испортить.

— А остальные? Есть ли еще камни на континенте? Что стало с другими богами? И за что вы заперли Ксералию в Бездне?

— О, она не рассказала тебе эту историю? — Мор, как всегда, выбрал один вопрос, на который был готов дать ответ. — Какая скромность.

Я отрицательно покачала головой.

— Моя сестрица никогда не отличалась покладистым характером. Впрочем, как и остальные из нашей четверки.

Значит, их было четверо? Четверо богов, стоявших у истока мира? Тьма — Ксералия, Смерть — Мор, Свет? А кто еще?