Книга Обсидиановый огонь, страница 157 – Айза Таллер

Аспра обвилась вокруг руки, положив голову на его плечо. За прошедшее время я почти привыкла к этому существу. Почти — потому что каждый раз, когда она беззвучно появлялась рядом, сердце делало кульбит в груди, подпрыгивая к горлу. Мор объяснил, что она — фамильяр, древний дух-спутник, который был у каждого из богов. Вспомнив ворона Ксералии — черного, с маслянистыми перьями и черными глазами-бусинками, который кружил над сводами ее башни в Бездне, — я решила, что белая змея с розовыми глазами мне нравится куда больше.

— Персик? — он протянул мне спелый плод.

Я взяла его из рук Мора и повертела в пальцах. Бархатная кожица, теплая от солнца, золотистая, с темно-розовым румянцем на боку.

— Я думала, уже не сезон, — заметила я.

В Империи персики созревали к концу лета, и к сентябрю от урожая оставались помятые остатки. До Фростхейма они наверняка и вовсе не доезжали.

— Из-за купола, — Мор кивнул на небо. — На этом острове чуть иной климат. Нет такой жары, как в Синкае или на юге Империи, и зима здесь достаточно сносная, несмотря на близость открытого моря.

Я посмотрела наверх. В бездонной синеве, расчерченной редкими белесыми облаками, мерцала едва заметная полупрозрачная сеть, похожая на тот барьер, которым жрицы накрыли храм в Акролитии. Тот самый, который не давал драконам трансформироваться. Я прикрыла глаза, сосредоточилась и почувствовала едва заметные нити силы, тянущиеся от дома наверх. Должно быть, источником, как и тогда, служил артефакт бога.

— Это из-за него я не могу дотянуться до Рагнара? — спросила я.

— Скорее всего, — Мор подобрал с берега плоский камень, прищурился и запустил его в море. Камень ударился о воду и тут же пошел ко дну. Бог смерти раздраженно поморщился. — Мне никогда не давался этот фокус. Тысячу лет тренируюсь…

Бог смерти, не способный пустить блинчики по воде. Я прикусила губу, чтобы не рассмеяться. Подобрала плоский камешек, примерилась и бросила. Он подпрыгнул один раз, а затем шлепнулся и ушел на дно. Мор выразительно посмотрел на меня.

— Ладно, — пробормотала я. — У меня тоже почти не получается.

— Утешительно, — хмыкнул он и повернулся ко мне. — Купол я ставил не ради климата. Это, так сказать, побочный эффект. Мертвые острова хоть и носят такое название, но желающих сунуть сюда нос хватало всегда. Контрабандисты, суда из Вестмарка, идущие морем в Синкай в обход Империи, чтобы не платить пошлины; торговцы, плывущие за море в поисках ядов и редких специй. Купол делает остров невидимым.

Я кивнула. Звучало разумно: если дракон хочет спрятать свое сокровище, он прячет его так, чтобы никто не нашел.

— Что вы здесь делали двести лет? — спросила я.

— Жили, — пояснил Мор. — Занимались любовью. Ловили рыбу и ели вкусную еду. Купались в море.

— И все?

— И все, — он обезоруживающе улыбнулся. — Ну, моих обязанностей как бога смерти никто не отменял. Так что время от времени приходилось отлучаться.

Я задумчиво откусила персик. Фрукт оказался спелым и сладким. Сок потек по подбородку — я стерла его тыльной стороной ладони.

— Кстати, о твоих обязанностях… Хочешь сказать, ты лично провожаешь за грань каждую душу?

Мор фыркнул:

— Каждую? Рейна, на этом континенте ежедневно умирают сотни людей. Если бы я занимался каждым лично, у меня не оставалось бы времени ни на персики, ни на рыбалку, ни на что-либо еще, — он присел рядом, скрестив ноги перед собой. Аспра скользнула с его руки и довольно свернулась на теплых камнях. — Но некоторых — да. Детей, когда получается. Тех, кто умирает в одиночестве. Тех, кто очень боится. Иногда достаточно просто… побыть рядом. Время на той стороне тянется иначе, и Аурелии не приходится надолго оставаться одной.