Книга Обсидиановый огонь, страница 97 – Айза Таллер

— Я буду называть тебя так, как пожелаю, — она даже не повернулась к нему.

Эйрик замер. Чешуя исчезла с его рук. Он все еще был зол, но не решался перечить этой женщине. А я, как бы то ни было, получила передышку.

Она наконец перевела взгляд на меня и протянула мне руку. Пальцы — изящные, бледные, с острыми длинными ногтями цвета оникса.

— Вставай.

Я покачала головой, все еще лежа на полу. Тело, сотрясаемое спазмами, отказывалось слушаться. Она склонила голову, разглядывая меня с легким любопытством:

— Мать Теней не повторяет дважды.

Глава 17

Глава 17

Сотрясаемая мелкой дрожью, я заставила себя встать под пристальным взглядом Матери Теней. Ноги едва держали, колено предательски подгибалось, плечо… Осторожно попыталась подвигать им. Кажется, не сломано и сустав на месте.

Мир вокруг поплыл.

Я зажмурилась и досчитала до трех. Странно: боли почти не было. Тело ощущалось как чужое, легкое и ватное.

Я не могла отважиться посмотреть на свои руки и ноги. Места, где Тени касались кожи, должны были гореть: я помнила эту боль, словно в меня разом воткнули миллион иголок. Но сейчас чувствовала только отдаленное покалывание, словно конечности затекли оттого, что я слишком долго неподвижно лежала в одной позе.

Наверное, это плохой знак? Боги, там наверняка останутся шрамы. Такие же уродливые разводы, как на руках Эйрика. Я тряхнула головой: подумаю об этом позже. Если переживу сегодняшний день.

— Подойди, — приказала она.

Я нервно сглотнула и приблизилась: тело подчинилось раньше, чем разум успел сообразить. Воздух вокруг нее был гуще, будто я продиралась сквозь толщу воды, и с каждым шагом давление нарастало. Тьма веков обрушилась на мои плечи, вдавливая в пол. Дышать стало почти невозможно.

— Еще ближе.

Я сделала шаг. Ноги двигались сами, и я ненавидела себя за это, но не могла ослушаться? Как вообще можно противостоять этому существу? Сражаться с ней — все равно что пытаться остановить наступление ночи или прилив в море.

— Кто ты?.. — выдавила я.

— Догадаешься сама? — фыркнул Эйрик позади.

Она обратила на него внимание не больше, чем на пылинку в воздухе.

— У меня множество имен и обличий, — голос скользнул по моей коже прохладным шелком. — Мать Теней. Та, что живет в темноте. Владычица ночи. Когда-то меня боялись, мне поклонялись, строили храмы и приносили жертвы в безлунные ночи… Знаешь ли ты, каков вкус крови, пролитой во имя твое? — она мечтательно прикрыла глаза. — Юные девы в белых одеждах, с венками из ночных фиалок в волосах. Они шли на алтарь добровольно, с улыбкой на устах, почитая за честь отдать мне последний вздох.

Меня замутило.

— А потом… забыли. Ваша память так коротка, а жизни так мимолетны. Столетие — и даже от богов остаются лишь легенды. Проходит время, и легенды превращаются в сказки для детей. А потом и от сказок не остается следа.

В ее черных глазах мелькнуло что-то древнее и голодное.

— Ну же, порадуй меня. Быть может, ты знаешь хотя бы одно из имен?

Я напрягла память. Мысли путались в голове, цепляясь за обрывки образов. Забытый храм в старом городе. Олива у входа. Испытания для послушниц богини храма. Воспоминания Аурелии, заключенные в кристаллы памяти.

— К… Ксералия?

Лицо ее дрогнуло, черты исказились, словно отражение в воде, пошедшей рябью. На мгновение мне показалось, что под этой маской совершенной красоты скрывается что-то иное, древнее и чудовищное. Я моргнула. В следующий миг передо мной снова стояла прекрасная женщина.