Книга Сладкая тьма, страница 98 – Эмма Хамм

— Я хлеба напекла, не хотите? Может, немного поможет.

Женщина только смерила ее взглядом, полным отвращения, и ничего не ответила.

Да что она делала не так?

Майя нахмурилась, пытаясь найти в толпе хоть кого-то, кто посмотрит на нее и объяснит причину. Но никто на нее не смотрел. Все притворялись, что ее здесь нет. Словно игнорировали надоедливую жужжащую муху.

Что изменилось? Она так выходила уже два дня, и много народа брало у нее хлеб. Всегда было полезно захватить с собой еды, чтобы не готовить.

В конце улицы показалась молодая тролльчиха, которая брала у нее хлеб накануне. Когда Майя подошла к ней, в глазах той мелькнуло виноватое выражение, и она пошла прочь. Несмотря на то что для этого ей пришлось развернуться ровно в противоположную сторону.

— Да что происходит? – пробормотала Майя, оглядываясь.

Она словно превратилась в невидимку. Что бы она ни делала, никто на нее не смотрел. Никто с ней не говорил. В таком случае… ей оставалось только пойти домой.

С пятнадцатью буханками хлеба, которые испортятся.

На ее плечи легла рука и притянула ее к боку, пахнущему чистой тканью и плетеным полотном.

— Не позволяй им так себя оскорблять, – сказала Хулда, и ее старческий голос дрожал от эмоций. – Они не видят в тебе троллью жену и не почитают тебя соответствующе.

Майя посмотрела на старую женщину. Лицо у той было доброе.

— Я не понимаю, что изменилось со вчерашнего дня.

— Теперь все узнали, что стало причиной обвала. Люди напали на один из входов в наше жилище и обвалили его. Пострадало много троллей.

Живот у Майи скрутило.

— И они винят в этом меня.

— Ты этого не заслуживаешь. Не ты вызвала землетрясение, не ты приказала им напасть на нас. Но ты здесь единственный человек. – Лицо Хулды сморщилось от беспокойства. – Не думаю, что тебе безопасно сейчас ходить одной, огонек.

Безопасно? Тролли никогда не давали ей повода опасаться, но… Посмотрев на собирающуюся вокруг толпу, Майя увидела недоверие и страх в их движениях. Это те самые эмоции, которые быстро вынуждали людей идти на ужасные вещи, и ей не хотелось проверять, что с ней сделают, если схватят.

С трудом сглотнув, она кивнула:

— Ты права. Наверное, лучше пойти домой.

— Я тебя провожу.

— Была бы очень благодарна. Спасибо, Хулда.

Вместе они направились к дому Рагнара, но всю дорогу Майя видела злобу на лицах троллей.

Им что, было неприятно на нее смотреть? Она знала, что многие наверняка потеряли любимых и родных в этом несчастье. И ей было так их жаль. Майя делала все, что могла, чтобы помочь им. Но, может, проблема была просто в ней самой?

Хулда даже накрыла ее голову рукой, словно пытаясь спрятать слишком заметные рыжие волосы. Старухе было сложно ходить быстро, но она не потеряла этой способности. Майе приходилось почти бежать, чтобы поспевать за ней.

Пока их не окликнул торговец. Он стоял перед своей тележкой, полной сережек и драгоценных камней. Указав на них обеих, он крикнул:

— Хулда! Это что, Рагнарова человечишка?

— Его жена, – поправила Хулда. – Это почетное звание, Арвид.

— От рода не откажешься. Человеком родилась, человеком и помрет. – В его глазах что-то сверкнуло. Что-то опасное, угрожающее ей. Внутренний голос в голове Майи взвыл.

Она уже видела такое раньше. Дурное предчувствие о мужчинах никогда ее не подводило. Очень скоро он попытается сделать ей больно. Может, оправдает это тем, что защищал свой народ от ей подобных. И она даже не сможет его винить. Все сейчас были злы.