Онлайн книга «Деревенское недоразумение, или Опекун для попаданки»
|
Мягкий шёлк красиво ложился по фигуре, тонкая отделка подчёркивала вырез, а короткие рукава были украшены небольшими кружевными оборками. Мадам Дюбуа уверяла, что цвет идеально подходит к моим волосам, и, рассмотрев себя в зеркале, я вынуждена была с ней согласиться. — Мисс, вам очень идёт, — сказала Мэри, поправляя складки. — Благодарю. А как вы думаете, не слишком ярко? — Нисколько, мисс. Его светлость наверняка будет доволен. Я посмотрела на горничную в зеркале. — Почему вы так решили? Мэри немного смутилась. — Он ведь распорядился заказать вам самые лучшие платья. — Значит, теперь его светлость должен получать удовольствие от результатов своих расходов? Она растерянно заморгала. Я рассмеялась. — Простите, Мэри. Сегодня у меня особенно дурное настроение в отношении мужской логики. — О, мисс, — неожиданно улыбнулась девушка, — моя матушка всегда говорила, что мужчины разумны ровно до тех пор, пока дело не касается женщин. Я повернулась к ней. — Кажется ваша матушка очень мудрая женщина. — Так и есть, мисс. Мы обе рассмеялись. Когда Мэри закончила укладывать мои волосы, я ещё раз посмотрела на отражение. За последние недели я изменилась. Не настолько, чтобы перестать узнавать себя, но достаточно, чтобы привыкнуть к этому лицу, к этим волосам, к новой фигуре и даже к непривычным платьям. Я уже не чувствовала себя человеком, случайно оказавшимся в чужом наряде. Правда, теперь появилась другая проблема. Мне всё чаще хотелось нравиться. И я прекрасно знала кому. Но если Клейтон Уэнтворт полагал, что может сначала смотреть на меня так, словно я единственная женщина во всём Лондоне, а затем отправляться к собственной невесте, я собиралась убедить его в ошибочности подобных представлений. Разумеется, исключительно приличными способами. По крайней мере, насколько это было возможно. ****** Бал у леди Ратленд оказался гораздо многолюднее музыкального вечера, устроенного леди Элеонор. Едва мы вошли в просторный зал, освещённый десятками свечей, как я почувствовала знакомое волнение. Вдоль стен стояли кресла для пожилых дам, возле высоких окон собирались небольшие группы гостей, а из соседней комнаты доносилась музыка. Женщины в ярких шёлковых платьях, мужчины во фраках, драгоценности, перчатки, веера и бесконечные поклоны создавали пёструю и необыкновенно оживлённую картину. В прежней жизни я бы назвала это светским мероприятием с повышенной концентрацией амбиций. Леди Элеонор взяла меня под руку. — Не забывайте, дорогая, что сегодня вы уже не новичок. Вас знают, вами интересуются, и я ожидаю, что вы будете вести себя соответственно. — Разумеется, тётушка. — И постарайтесь не дразнить Клейтона слишком откровенно. Я удивлённо посмотрела на неё. — Неужели вы полагаете, что я способна на подобное? — Я полагаю, что мой племянник уже начал жалеть о некоторых своих жизненных решениях, а вы намерены сделать этот процесс ещё более мучительным. — Какое несправедливое обвинение. — Дорогая, я прожила достаточно долго, чтобы отличать невинную улыбку от той, которой молодая женщина пользуется, собираясь совершить какую-нибудь дерзость. Я засмеялась и пообещала постараться вести себя благоразумно. Обещание продержалось около десяти минут. Лорд Блэквуд нашёл нас возле одной из колонн, где леди Элеонор беседовала со старой знакомой. |