Книга Тайна забытой усадьбы, страница 48 – Юлия Евдокимова

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Тайна забытой усадьбы»

📃 Cтраница 48

Женщины снова заговорили все разом, потом так же разом замолчали, испуганно оглянувшись на дверь.

Одна прошептала:

— Ох, расшумелись мы… Надо бежать, а то неровён час, матушка услышит, ох заругает… и поделом, нечего глупостями заниматься. Всё равно мы больше ничего не знаем! Все сюда недавно прибыли.

— А есть хоть кто-то из старых, кто здесь давно?

— Есть одна… но вы с ней поговорить не сможете.

— Это почему же?

Но колокола зазвонили, и монахини бросились к дверям, толкаясь в узком дверном проёме, чисто голуби у трапезной. Боялись провиниться, опоздав на службу.

* * *

Служба тянулась так долго! Слишком долго… Настя слушала, как поют монахини, но не слышала слов.

Наконец — отпуст. Настя последней подошла к кресту, приложилась и поспешила за игуменьей.

Как же не хотелось говорить с матушкой! Страх монахинь передался и ей. А может, она всё придумывает и это не страх, а уважение?

Пока она мялась, игуменья ушла в свои покои. Настя поплелась за ней. Потопталась немного у двери, собираясь с духом, потом решительно постучала.

Игуменья сидела за столом перед раскрытой книгой. Рядом незаконченное шитьё тёмной шерсти.

— Что вам угодно, Анастасия Васильевна?

Настя уверенно передала слова Филарета.

— Чтобы мирянка… — игуменья смотрела на неё, и в её глазах впервые появилась растерянность. — Чтобы мирянка вмешивалась в дела церковные? Такого ещё не бывало.

— Так я не в церковные… А кому как не женщине говорить с женщинами?

Игуменья молчала.

— Матушка, — сказала Настя тихо. — Я просто хочу понять, что произошло. Я знаю, что здесь есть монахиня, которая в монастыре давно и может что-то знать.

Игуменья вздохнула, тяжело, но как будто сдаваясь.

— Хорошо. — Она поднялась. — Идёмте. Но предупреждаю: она немая.

— Кто?

— Мать Еликонида. Сидит в своей келье, молится, вяжет носки да варежки на продажу на ярмарках. Всё монастырю копеечка. — Игуменья пошла к двери. — Слышит она, но плохо. А говорить не может. Немая.

Келья Еликониды находилась в дальнем конце корпуса, маленькая, с низким потолком, окном, завешенным тряпицей. Внутри пахло шерстью и воском. На кровати сидела сгорбленная старуха со спицами в руках.

— Мать Еликонида, — сказала игуменья громко. — К тебе гостья.

Старуха подняла голову. Посмотрела на Настю пусто, без выражения. Потом на игуменью.

— Это Анастасия Васильевна, — продолжала игуменья. — Она хочет спросить тебя о том, что было давно.

Еликонида смотрела на неё. Потом замотала головой.

Игуменья повторила ещё громче, медленнее:

— Вещи. Сундуки. Помнишь, кто привозил?

Еликонида снова замотала головой, в глазах испуг.

— Бесполезно, — сказала игуменья, обернувшись к Насте. — Она не понимает. Или не хочет понимать. Я же говорила.

Настя шагнула вперёд. Села на стул рядом с кроватью. Посмотрела старухе в глаза.

— Мать Еликонида, — сказала она тихо. — Я не сделаю вам ничего плохого. Я просто хочу знать. Что вы помните? Десять лет назад. Привозили вещи.

Еликонида посмотрела на неё. Снова замотала головой.

Игуменья вздохнула.

— Пойдёмте, Анастасия Васильевна. Я же сказала, бесполезно это.

* * *

Настя шла по двору расстроенная, даже в голове затяжелело. Завернула за угол и чуть не столкнулась с Маришей.

Та с трудом несла тяжёлый мешок из кладовой. Мешок был большой, не по ней, и она тащила его, прижимая к груди, раскраснелась, запыхалась.

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь