Онлайн книга «Тайна забытой усадьбы»
|
— Печальная история, даже неловко признаваться, как захватило меня ваше поручение, отец Филарет. Это оказалось так… волнующе! Но загостилась я в усадьбе, как ни красивы эти места, пора мне отправляться в путь. Завтра утром и тронусь. Тут Настя вздохнула уже по-другому, облегчённо. Глянула исподтишка на Гагарина: опечален или нет. Но не понять, весь в думах о нераскрытом деле. Что ж, завтра пора и ей в путь. Только что делать с Маришей? И в монастыре не оставишь, и с собой не увезёшь, как же, любовь у них с Василием. Зачахнет девица… Глава 16 Игуменья подошла к ней сама после утрени. Настя выходила из храма, когда услышала за спиной: — Анастасия Васильевна. Она обернулась. Игуменья стояла в двух шагах, по-прежнему прямая, статная, с непроницаемым лицом. Но что-то в ней изменилось. Словно смирение почудилось Насте. — Значит, решили не уезжать? — Уезжаю. Главное сделано, мы выяснили, кто замурован в стене. Теперь Наталью Николаевну похоронят как должно. Игуменья вздрогнула. — Похоронят? — переспросила она. — Но… пойдут разговоры. О монастыре. О том, что здесь… — Никто не узнает о роли князя, — сказала Настя тихо. — Решено не говорить. Всё равно уже ничего не поделать. Он умер, и его не осудишь. Игуменья на миг прикрыла глаза. Потом глянула на Настю как прежде остро, но слова были совсем не прежними. — Простите, — сказала игуменья. — Я была резка. Но и вы меня поймите. Негоже порядки монастырские нарушать, начнут все своевольничать — к чему придём? — Я понимаю, — сказала Настя. — Нет, — игуменья покачала головой. — Не понимаете. Но это и хорошо. — Она помолчала. — Собственно, я хотела поговорить о послушнице Марише. Настя насторожилась. — Не наша эта девица, — сказала игуменья. — Не быть ей монахиней. К Богу приходят по любви, а она пришла потому, что идти некуда. Кто-то, конечно, потом осознаёт, находит своё место. Но не она. Настя молчала, ждала, к чему всё это. — Поучаствуйте в ней, — сказала игуменья. — Вам сподручнее. — Поучаствую, — ответила Настя. * * * Софья приехала после полудня. Настя наткнулась на неё во дворе. Апраксина была одна, без Гагарина, и лицо у неё неожиданно показалось простым, без привычной светской улыбки. — Анастасия Васильевна, — сказала она, подходя. — Я попрощаться приехала. И поговорить. — Поговорить? — Пойдёмте. — Апраксина кивнула в сторону озера. — Прогуляемся. Они пошли вдоль берега. День был тихий, вода прозрачная, как стекло. Апраксина шла медленно, глядя под ноги. — Вы, кажется, участие принимаете в судьбе бедной девушки? — спросила она. Настя посмотрела на неё. — В судьбе Мариши? — Да. — Апраксина чуть улыбнулась. — Сегодня утром Василий буквально в ноги мне пал. «Заберите нас с собой, барыня. Я всему обучен. А Мариша быстро научится — смышлёная девушка». Настя остановилась. — Неужто и вправду венчаться надумал? — Надумал, — сказала Апраксина и рассмеялась. — Придётся нам сватьями выступать. Мариша была на кухне. Когда Настя и Софья вошли, она мыла посуду. Увидев их, как почувствовала что — обмерла. Руки задрожали, тарелка выскользнула и упала в воду. — Барышня… — прошептала. — Мариша, — сказала Настя. — Садись. Та села на край скамьи, как будто готовясь убежать. Смотрела на гостий, краснела, бледнела, снова краснела. |